Верховный суд РФ (ВС) не позволил утвердить арбитражное решение по спору, где стороны напрямую сами заплатили за экспертизу в равных долях, а не сделали это через третейский суд. По мнению ВС, это может ставить под вопрос гарантии независимости процедуры арбитража и противоречить публичному порядку, то есть фундаментальным принципам российского права. Сомнения вызвала и беспристрастность экспертов. Все это стоило учесть для принятия решения о возможности отмены вердикта третейского суда, резюмировал ВС. Юристы отмечают расширение списка поводов для оспаривания третейского решения.

ВС рассмотрел дело об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате РФ (МКАС при ТПП) по арендному спору. ООО «Петроэстейт» с 2007 года сдавало АО «Россети Ленэнерго» нежилое здание в Санкт-Петербурге, но при возврате недвижимости у сторон возникли разногласия относительно состояния объекта. Арендатор настаивал на нормальном износе и просил вернуть 71,7 млн руб. депозита. Арендодатель заявил о необходимости восстановительного ремонта здания, потребовав помимо депозита возместить затраты на 299,5 млн руб.

Спор рассматривал МКАС при ТПП, который назначил экспертизу в АНО «Союзэкспертиза». Опираясь на заключение экспертов, арбитры в июне 2024 года взыскали с «Россетей Ленэнерго» в пользу «Петроэстейт» 113,7 млн руб., включая НДС. Не согласившись с этим, арендатор решил оспорить третейское решение в госсуде, настаивая на существенных нарушениях в ходе процесса, в том числе при проведении экспертизы. Дело дважды прошло по инстанциям, в итоге суды отказались отменить решение МКАС, но исключили из суммы НДС.

Однако по жалобе электросетевой компании спор передали в экономколлегию ВС, которая не согласилась с нижестоящими судами.

Ряд обстоятельств, по мнению ВС, свидетельствует о возможном нарушении третейским решением публичного порядка РФ, то есть «фундаментальных принципов построения экономической, политической, правовой системы».

Ключевая претензия в том, что арбитры возложили на истца и ответчика обязанность заключить договоры с экспертной организацией и оплатить ее услуги в равных долях. Но проведение экспертизы является частью процедуры арбитража, в связи с чем на нее «распространяются принципы независимости и беспристрастности арбитров, диспозитивности, состязательности сторон и равного отношения к сторонам», подчеркнул ВС. А поскольку правила МКАС не обязывают участников спора оплачивать экспертизу по гражданско-правовому договору, то этим должен был заниматься сам третейский суд, решила коллегия. Попенял ВС и на то, что экспертизу поручили проводить дочерней организации ТПП РФ.

Еще одним изъяном могло стать общение «Петроэстейт» (истца) с экспертами до начала работы — речь шла о запросе писем от экспертных организаций, готовых провести исследование, что суд первой инстанции назвал обычной практикой. Но коллегия не исключила, что это могло указывать на предвзятость экспертов. Также ВС счел, что нижестоящие инстанции не дали оценки доводам арендатора, касающимся отвода эксперта и отсутствия возможности задать вопросы всем трем специалистам, готовившим заключение. Все это нужно было учесть для решения о том, соблюдена ли процедура арбитража и не нарушен ли публичный порядок РФ. Сделать это предстоит суду первой инстанции, куда дело направлено на новое рассмотрение.

“Ъ” направил запрос в «Петроэстейт».

В «Россетях Ленэнерго» сообщили “Ъ”, что удовлетворены решением ВС, которое «подтвердило существенные нарушения процедуры, допущенные МКАС, включая порядок оплаты экспертизы и нерассмотрение отвода эксперта». В компании ожидают, что при новом рассмотрении суды учтут позицию ВС, что «позволит обеспечить объективное рассмотрение дела».

Опрошенные “Ъ” юристы пока не встречали в практике случаев, когда бы решение арбитров было отменено из-за ненадлежащего порядка оплаты экспертизы. В этом деле ВС впервые обозначил связь между порядком финансирования экспертизы в арбитраже и нарушением фундаментальных принципов права, подчеркивает управляющий партнер Briefcase Law Office Евгений Крюков. Ведущий юрист АБ КИАП Анастасия Рябова высказывает опасения, что «третейский суд перестает восприниматься как нейтральный и не связанный с государством способ разрешения спора». По прогнозам партнера АБ NSP Ильи Рачкова, на новом рассмотрении, скорее всего, стоит ожидать отмены решения МКАС с учетом позиции ВС.

Большинство юристов не видит проблемы в оплате экспертизы напрямую участниками спора.

При назначении третейским судом экспертизы стороны чаще всего авансируют расходы на нее, но вопрос о том, перечисляют ли они деньги арбитражному учреждению или же экспертной организации, решается по-разному, по применимым правилам арбитража, говорит управляющий партнер АБ «Гребельский и партнеры» Александр Гребельский. По наблюдениям господина Крюкова, в России, в том числе в практике МКАС при ТПП, стороны нередко заключают договоры с экспертной организацией напрямую и прежде это не становилось поводом для оспаривания решения арбитража. Госпожа Рябова напоминает, что именно соглашение сторон определяет процедуру арбитража, поэтому они могут организовывать все формальные моменты (в том числе оплату экспертизы) так, как им удобно, в рамках законодательства. При этом, уточняет она, в законе нет ограничений для оплаты напрямую экспертной организации.

Впрочем, господин Рачков полагает, что гарантия независимости процедуры судопроизводства действительно ставится под сомнение из-за наличия прямых договоров сторон спора с экспертной организацией. Отдельные соглашения с истцом и ответчиком предполагают отдельную приемку и оплату услуг, оценку объема и качества работы для достижения результата, а также возможность взаимного применения мер гражданско-правовой ответственности, объясняет Илья Рачков. Вместо этого, по его мнению, арбитры должны были выбрать независимую экспертную организацию, а не дочернюю для ТПП, предложить сторонам спора перечислить деньги на счет МКАС, который и должен был подписать договор с экспертами. По мнению Евгения Крюкова, здесь более существенными являются доводы, касающиеся отвода экспертов и возможности задать им вопросы. Но для отмены третейского решения в любом случае нужно установить, что эти недостатки реально нарушили фундаментальные процессуальные гарантии, отмечает господин Гребельский.

Ян Назаренко, Анна Занина