Культ онгонов у кизыльцев, как он описан Клеменцом, очень слабо связан с шаманством. Заводя себе новых онгонов, кизыльцы «спрашивали совета не у шамана, а просто у опытных людей, знающих, как сделать нового онгона, как его чествовать и чем кормить» (24). К шаману обращались только тогда уже, когда онгон не помогает (24); но «весьма часто шаман, призванный к больному или для какой-либо другой цели, сам советует поставить того или иного онгона» (24). У гольдов и других тунгусских племен связь культа онгонов с шаманством выражена гораздо ярче. Но ниже мы увидим, что главнейшая функция шаманов, врачевание болезней, генетически связана с культом онгонов и восходит к этому именно

[18]

культу. Культ онгонов, вероятно, древнее организованного шаманcтвa, и шаманы могли только несколько расширить и усложнить его, но выполняли этот культ, конечно, на старой, традиционной его основе. Всё это дает нам право рассматривать шаманские онгоны гольдов вместе и рядом с вне-шаманскими онгонами кизыльцев. Культ гольдских онгонов связан с новым представлением о причине болезней (ср. § 37). Душа больного человека оказывается у одного из онгонов, память о зооморфности которых еще вполне сохранилась. Это: пантера или барс, ярга; тигр, амбан сео; медведь, доонта; змеи, колля; кошки, кухсу — в виде настоящих кошек и в образе людей; утки; ёж, крот, собака, паук, сом, ерш, сова. 1  Чаще, всего к этим зооморфным духам душу больного уносит аями, ajami, которого Штернберг считал духом умершего предка (464). У зоо-

Онгоны гольдов: рис. 15 — „ярга",— пантера или ягуар; рис. 16 — крылатая пантера с аджеха на ней, рис 17 — тигр; ряс. 18 —крылатый тигр.

морфных онгонов душа больного подвергается пыткам ее привязывают к дереву, сдавливая при этом руки и ноги, бросают в холодную или горячую воду (40). Такими пытками гольды объясняли себе соответствующие муки и страдания больного. По совету шамана, больной гольд делал изображения мучащих его онгонов — из дерева, металла, рыбьих шкур, бумаги, тканей, травы и из болотных кочек.  2

При сильном жаре от простуды, при боли в пояснице и суставах, при брюшном тифе, гольды делали из дерева фигуру пантеры, ярга — в виде зверя на коротких ногах с длинным хвостом, покрытым красными или черными кругами. 3 (Рис. 15). Гольдское название этого онгона ярга, jarga, Штернберг переводит не пантера, как Шимкевич, а барс. По словам Штернберга, лекан самки барса гольды

____

1. Шимкевич, Материалы. 39 и 40; Штернберг, там же, 465 и 514.

2. Шимкевич, таи же, 39.

3. Шимкевич, там же, 40.

[19]

делали при болезнях рук, ног и груди. При болезнях живота гольды делали из дерева, металла и сухой травы фигуру тигра (Шимк. 40). Лекан из двух сросшихся маленьких тигров гольды носили на шее при разных болезнях, а также делали крылатого тигра (Штернб, 513). При боли в руках и после родов гольды делали из тех же материалов фигуру медведя (Шимк. 40—41). Если у беременной болит живот, то делали лекан медведя, в брюхе которого два медвежонка, две свиньи, два ежа и два сома (Штернб. 514). При легочной и горловой чахотке изготовлялся онгон мойга-ни — девять змей (колля), кованых из железа, или сделанных из проволоки, или нарисованных на ткани, рыбьих шкурах и т. п. (Шимк. 41). При болезнях спины также делали онгон змеи, и при болях в руке к рукаву одежды пришивали лекан змеи (Штернб. 514). При болезнях горла носили на шее лекан ерша. При глазных болезнях делали кожаную фигуру паука (Штернб. 514). К некоторым из этих зооморфных онгонов гольды часто присоединяли еще человекообразного онгона аями, который, по их представлениям, чаще всего и берет душу онгона, чтобы унести ее к зооморфным демонам (Шимк. 39—40).

При всяких болезнях, если другие онгоны не помогали, гольды делали онгон огджими-ярга: обрубок дерева, изображающий сидячую на задних лапах пантеру или барса. В животе этого зверя имелось небольшое вместилище, закрывающееся особыми дверцами: туда клали девять деканов, так наз. аджелтани; это были зооморфные олицетворения болезней: жаба символизировала болезнь, причиненную мнимым укусом жабы; змеи — символ опухоли и отравления крови, и т. д.; тут же был и зооморфный онгон, напоминающий ящерицу, который носил непонятное уже имя м а к. с и (Шимк. 43).

Лекан «ado z : о : ni означает: домик Адо, а Адо был раньше медведем и потом лишь стал онгоном. Он производит опасные внутренние болезни, причем у него на посылках — черепаха, лягушка, еж, сом, карась и друг. (Штернб. 519). Еж, крот, сом, а также собакообразное существо indolá причиняют гольдам болезни живота; сообщая об этом, Штернберг (514) умолчал об их лекалах, но нужно думать, что леканы этих животных служили для лечения.

Одних своих онгонов гольды кормили, а других гольдский шаман только обещался кормить всласть, соблазняя их поселиться в изготовленных из травы леканах, так наз. n'euvruv sywyn, а на самом деле бросал под откос крутого берега; кормили же вместо того добрых демонов, которые помогали шаману изгнать духов болезни.

Убеждая злых духов болезни поселиться в травяных фигурах, шаман грозил в противном случае изгнать их силой (Штернб. 465).

Онгоны гиляков, орочей и ульчей большею частью зооморфны. Это—вырезанные из дерева фигуры медведей, ящериц,

[20]

19 – онгон гольдов, 20 – медведь с двумя аджеха на шее, 21 – медведь – онгон гиляков.

[21]

жаб, змей. «Гиляк не считает их за богов и не молится им». 1

По словам Л. Шренка, онгоны пользуются у гиляков «ничтожным уважением». Л. Шренк увез из покинутых юрт хорошую коллекцию идолов, и вернувшиеся жители даже не заметили этого, во всяком случае не сочли дело настолько важным, чтобы говорить о нем. Маленькие дети играли с этими деревянными идолами (101).

Деревянные онгоны служили у гиляков «для отвращения опасностей, болезней, бед и т. п.» (110). Больные носили их на своей груди. Гиляки кормили их ягодами и т. п., следы чего всегда остаются на дереве (112). Встречались еще у гиляков леканы тюленя,

Рис. 22 —онгон мангунов, тюлень, рис. 23 — онгон тунгусов, олень, рис. 24 —онгон тунгусов — птица.

антропоморфные леканы с головою морского котика, с головою совы и волка, а также белуга с человеком на ней (118—119). Широко распространены у гиляков онгоны и амулеты, изображающие фигуры животных в комбинации с фигурою человека. Например, они носили во время болезней на шее, в качестве амулетов, маленькие фигуры с двойным изображением медведя и человека: одна половина деревяшки обделана в виде медвежьей головы, другая в виде человеческой головы (117—118).

У орочей, после камлания в присутствии больного, шаман обыкновенно велит больному сделать из дерева какой-нибудь лекан,

____

1. Л. Шренк. Об инородцах Амурского края. III – 2, 108.

[22]

напр., медведя, лебедя, тигра и т. п., поставить его или повесить где-нибудь и кормить жиром. Такие насаженные и подвешенные на длинных шестах «болваны» встречались у каждого селения орочей. Попадались и «большие болваны», помещенные в небольших изгородях, и «эти идолы, как кажется, даже и обоготворяются». 1

 Если хозяин юрты шаман, то поблизости его жилища можно видеть ряд различной величины кольев с прикрепленными к ним изображениями животных: на одном колу птица, на другом — медведь, тигр, человек н т. п. Если надо кормить эти онгоны, то шаман устраивает небольшую загородку и ставит их на помост или пень (8). Иногда самый пень обделывается в виде какого-нибудь онгона (8).

Л. Шренк видел на одном ульче кожаный пояс с онгонами (зэва), служивший амулетом против болезней. На обеих половинах этого пояса были нашиты, по длине его, две кожаные змеи, а между ними прикреплены были две вырезанные из дерева фигуры лисиц.

Спереди, посередине пояса, над вырезанной из кожи жабой прикреплена деревянная человеческая фигура, а над нею — вырезанный из дерева же фантастический зверь кхазь, известный также и у гиляков (х а з). Изображение этого фантастического зверя вырезывалось у ульчей как средство против различных болезней. 2

«Манегры вырезали из дерева фантастических птиц и драконов — чтобы оградить себя от влияния злых духов, спастись от болезни и т. д.».  3

_____

1. В. П. Маргаритов. Об орочах императорской Гавани, 27.

2. Л. Шренк, Об инородцах, III —2 , 120.

3. Шренк, там же, 117.

 [23]

Цитируется по изд.: Зеленин Д.К. Культ онгонов в Сибири. Пережитки тотемизма в идеологии сибирских народов. М.-Л., 1936, с. 18-23.