Для справки: действующая "ставленническая присяга" была утверждена 22 марта 2011 года. Начало ее звучит так: "Я, многогрешный диакон (имя), призываемый ныне к служению иерейскому, обещаю и клянусь пред Всемогущим Богом и святым Его Крестом и Евангелием, что при помощи Божией всемерно буду стараться проходить свое служение во всем согласно слову Божию, правилам церковным и указаниям Священноначалия..."

Ну а вот как выглядит - в полном виде - "добавка", внесенная в присягу решение Священного Синода от 22 октября 2026 года: "Не выступать публично от лица Церкви без благословения священноначалия, не допускать при выступлениях в средствах массовой информации и при использовании интернет-пространства (в том числе социальных сетей и иных социальных медиа) высказываний, дискредитирующих Православную Церковь или искажающих ее учение, не использовать интернет-пространство для личной выгоды".

Сказать, что поправка вызвала восторги у клира и паствы, - значит сильно погрешить против истины. В первую очередь она вызвала вопросы. Распространяются ли новые ограничения лишь на тех, кто только вступает в ряды священников, на "новобранцев"? Или в том числе и на "старослужащих", присягавших еще по прежней, более либеральной формуле? И если верно последнее, потребуется ли "дедам" переприсягать?

Не всем понятно также, что имеет в виду высокое церковное начальство под "использованием интернет-пространства для личной выгоды". Скажем, разнообразные миссионерские, просветительские интернет-проекты, финансируемые зачастую за счет пожертвований аудитории, - это уже табу или еще нет? Если строго подходить к предмету, то запрету подлежит практическая любая сетевая активность - вплоть до заказов на маркетплейсах и продажи б/у вещей и автотранспортных средств с помощью соответствующих сервисов. При желании все эти действия можно расценить как корыстные.

Нет, до такого абсурда дело, понятно, не дойдет, но до чего именно дойдет - пока неясно. Впрочем, беспокойство священников-миссионеров по поводу границ разрешенного кажется несколько избыточным. Читай пункт первый: "Не выступать... без благословения". То есть голова о том, где пролегают "красные линии", должна теперь болеть у начальства. Что они благословляют, то и разрешено.

Остается посочувствовать священноначалию: работы будет невпроворот. И ответственности - выше крыши. Не дай Бог пропустишь какую-нибудь крамолу! Ну, или наоборот - запретишь впопыхах, по недосмотру либо по причине перебдения что-то идейно верное, соответствующее генеральной линии. За это, надо полагать, вышестоящее священноначалие тоже по головке не погладит.

По-хорошему Московской патриархии следовало бы озаботиться созданием специального подразделения, которое займется предварительной цензурой всего публикуемого служителями церкви контента. Так оно и надежнее, и гуманнее по отношению церковным "генералам". Хватает у "генералов" и других забот и хлопот. Не железные.

Собственно, идея уже вовсю обсуждается в среде православных блогеров. Пока, правда, в виде шутки: скоро, мол, в патриархии откроется множество вакансий цензоров. Но что-то подсказывает, что доля шутки в этой шутке не очень велика.

Есть, однако, среди православной общественности и такие, кому идея цензуры совсем не по душе. А некоторые выступают даже против присяги как таковой. Вот, например, одно из подобных высказываний, обнаруженных в Сети: "Сама практика ставленнической присяги довольно сомнительна: ее нет в других православных церквях. В России она появилась при Петре I, включала текст о верности государству и вызвала вопросы у тогдашних священников. Есть же прямая евангельская заповедь: "Не клянись вовсе".

Уточним: приведенная заповедь - это слова Иисуса Христа из Нагорной проповеди (Евангелие от Матфея). Не приветствует, мягко говоря, церковная оппозиция и текст "допроса ставленнику". В числе многочисленных обязательств, под которыми должен подписаться "ставленник", претендующий на место священника, есть и такой пункт: "Хранить верность Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси и во всем подчиняться ему и своему Епархиальному Архиерею, а также Священному Синоду Русской Православной Церкви".

Некоторые комментаторы напоминают, что Патриарх является епархиальным архиереем только для Москвы. Лишь догмат Первого Ватиканского собора усвояет папе статус епархиального епископа всех епархий".

В общем, как видим, клевещут клеветники России, утверждая, что Россия, дескать, отдаляется от Европы, законопачивает прорубленное некогда окно. В чем-то, да, отдаляемся, но зато Русская православная церковь и ее предстоятель к Европе, напротив, все ближе и ближе. До государства-города Ватикана, управляемого непогрешимым папой Римским, считай, уже рукой подать.