Арктика сейчас в центре мировой политики. Трамп положил глаз на Гренландию, США наращивают военное присутствие на Севере, а в России этот регион называют нашим «главным щитом на случай Судного дня».

Интерес в Арктике объясним: под её льдами лежат гигантские природные ресурсы, а Северный морской путь потенциально может стать одной из главных торговых артерией между Европой и Азией. Примечательно, что и 100, и 200 лет назад в нашей стране уже были люди, которые предвидели такое развитие событий и сделали много для того, чтобы Россия твёрдо закрепилась в Арктике. Одним из них был Отто Юльевич Шмидт, родившийся 135 лет назад.

Начальник Главного управления Северного морского пути, академик АН СССР Отто Юльевич Шмидт (справа) и полярный исследователь Георгий Алексеевич Ушаков обсуждают маршруты будущих экспедиций. 1932 год. Фото: РИА Новости На «макушке планеты»

Ещё Ломоносов доказывал, что Северный морской путь не только возможен, но и необходим России. «Северный океан есть пространное поле, где усугубиться может российская слава, соединённая с беспримерною пользою, чрез изобретение восточно-северного мореплавания в Индию и Америку», — писал он.

Ломоносов смотрел на Арктику как на пространство, которое Россия обязана освоить, иначе это сделают другие. Он опасался, что европейцы не оставят попыток пробиться на Север, и России нельзя уступить в этой борьбе.

Президент США Дональд Трамп, премьер-министры Дании и Гренландии Метте Фредериксен и Йенс-Фредерик Нильсен подписали соглашение, касающееся перехода к Вашингтону части обязательств по обеспечению безопасности Гренландии, что позволит США немедленно начать процесс наращивания военного присутствия на острове. Фото: Reuters/ Kylie Cooper

С тех пор прошло почти три века, и вот мы видим, как в Заполярье рвутся не только европейцы, но и куда более прагматичные и расчётливые американцы. Дональд Трамп много лет твердил о том, что США необходима Гренландия, и теперь почти добился этого: подписано соглашение о начале масштабного размещения американских военных сил на острове.

«Усиливается соперничество за Арктику, и это, конечно, попытка США втиснуться в эту погоню, в эту битву за арктическое наследство», — считает ведущий научный сотрудник Центра исследования проблем безопасности РАН Константин Блохин.

По его словам, природные ресурсы Арктики навскидку оцениваются 60 триллионов долларов. На самом деле, точных данных о запасах полезных ископаемых, скрытых под толщей Северного Ледовитого океана, нет — бо`льшая их часть остаётся неразведанной. Но, по косвенным оценкам, на «макушке планеты» сосредоточено 30% ещё не открытых мировых запасов газа и 13% — нефти. Значительная часть этих ресурсов (84%) залегает на шельфе. А ещё там есть редкоземельные металлы, никель, золото. Регион уже сейчас обеспечивает более 10% мировой добычи платины и палладия.

Арктика — один из наиболее перспективных регионов для добычи нефти и газа. Фото: РИА Новости/ Максим Блинов

Кроме того, через Северный Ледовитый океан пролегает самый короткий морской путь между Европой и Азией. Он сокращает время доставки грузов на 40% по сравнению с дорогой через Суэцкий канал. А ещё Арктика — оптимальный «коридор» для пролёта межконтинентальных баллистических ракет из Северной Америки в Евразию, что делает регион значимым в военном отношении.

Отсюда и то самое «соглашение о безопасности» между США и Гренландией — по сути, договор о милитаризации острова под надуманным предлогом защиты от Москвы и Пекина.

Не просто наука

В 2007 году Артур Чилингаров спустился на глубоководном аппарате «Мир» на дно океана прямо в точке Северного полюса и установил там титановый флаг России. Это был символический жест, призванный подкрепить претензии нашей страны на богатый углеводородами участок арктического шельфа — хребет Ломоносова.

Артур Чилингаров (25 сентября 1939 — 1 июня 2024) — советский и российский учёный-океанолог, исследователь Арктики и Антарктики, член-корреспондент РАН, доктор географических наук, профессор; Памятник учёному на Новодевичьем кладбище в Москве. Фото: Коллаж АиФ

Чилингаров, ушедший от нас в 2024 году, был последним из плеяды великих полярников с государственным мышлением. А ведь сто лет назад таких людей было немало, и объединяли их не только мужество и любовь к рискованным путешествиям, но и особое чувство масштаба того, что они делают. Арктика оставалась почти неизведанной, и советские полярные экспедиции были не просто научными исследованиями, но и частью государственной идеологии. То, что Арктика — «наша», нужно было доказывать делом.

Хребет Ломоносова — это подводное горное сооружение в Северном Ледовитом океане. Фото: Commons.wikimedia.org

Родившийся 135 лет назад Отто Шмидт доказывал это всей своей жизнью.

По отцу он был родом из семьи немцев-колонистов, перебравшихся в Прибалтику ещё во времена Ломоносова, но неоднократно заявлял, что относит себя к русской культуре. Путь в северные моря начался, как это ни парадоксально, с того, что ещё в юности он заболел туберкулёзом. Болезнь время от времени обострялась, и врачи посоветовали ему для профилактики заняться альпинизмом. В 1924 году он отправился в австрийский Тироль, чтобы получить навыки восхождения в горы, а уже в 1928 году как руководитель группы альпинистов принял участие в советско-германской экспедиции на ледяной Памир.

Экспедиция на ледокольном пароходе «Александр Сибиряков» под руководством Шмидта совершила то, что никому ранее не удавалось. Фото: РИА Новости

«Хочешь стать хорошим полярником — полезай сначала в горы», — улыбался потом Отто Шмидт. Его способности, упорство и научная амбициозность были оценены, и в 1929 году Шмидта назначили руководителем экспедиции на ледокольном пароходе «Георгий Седов». Надо было дойти до Земли Франца-Иосифа и основать там первую советскую научную станцию. Её тогдашняя принадлежность к СССР не была очевидной. На архипелаг поглядывали даже итальянцы, мечтавшие о полярных колониях. Однако после того как в бухте Тихая заработали геофизическая обсерватория и постоянно действующая полярная станция под красным флагом, претензий больше не возникало.

«Георгий Седов» — ледокольный пароход (судно ледокольного типа), названный в честь русского полярного исследователя Георгия Яковлевича Седова. Экипаж ледокола, 1936 год. Фото: РИА Новости/ Дмитрий Дебабов

Переломным же стал 1932 год. Тогда экспедиция на ледокольном пароходе «Александр Сибиряков» под руководством Шмидта совершила то, что никому ранее не удавалось: впервые в истории прошла Северный морской путь за одну навигацию — из Архангельска в Тихий океан. Задача была государственной важности: восточная часть советской Арктики оставалась неосвоенной. Транспортного сообщения не было, полярных станций — тоже. Там не велись ни метеонаблюдения, ни ледовая разведка.

Отто Юльевич Шмидт (3 слева) и командир корабля «СССР Н-170» советский летчик Михаил Водопьянов (2 слева) беседуют с участниками экспедиции «Северный полюс-1». Фото: РИА Новости

Успешная экспедиция «Сибирякова» дала начало целой серии походов по Севморпути. Стало ясно, что он может использоваться на всём его протяжении. В конце того же года Совнарком постановил окончательно проложить морской маршрут от Белого моря до Берингова пролива, и ответственным назначили Отто Шмидта. Так и родился Северный морской путь, вдохнувший жизнь в огромные, но малозаселённые пространства Крайнего Севера.

Отто Шмидт возглавлял Главсевморпуть с 1932-го по 1938-й. Он превращал Арктику из «белого пятна» на карте в территорию с работающей инфраструктурой, где были ледоколы, порты, полярные станции, авиация, радиосвязь. И, конечно, были люди, готовые идти сквозь льды и торосы, жить месяцами в полярной ночи и вести ежедневные исследования, зная, что всё это делается на благо их родины и для её величия.

Эпопея челюскинцев

В 1933 году Отто Шмидт возглавил экспедицию на пароходе «Челюскин». Нужно было снова пройти Севморпуть (из Мурманска во Владивосток), но уже с грузом, чтобы доказать: маршрут работает.

Капитан парохода «Челюскин» Владимир Иванович Воронин на мостике, 1934 год. Фото: РИА Новости Фото: РИА Новости

В Чукотском море судно столкнулось со сплошными льдами и не смогло выйти в Тихий океан. В течение почти пяти месяцев оно дрейфовало вместе с экипажем. Шмидт поддерживал людей, читая им лекции (в составе экипажа были плотники и печники, которые за это время обучились арифметике, истории и географии), и продолжал заниматься исследованиями.

Когда «Челюскин» не выдержал натиска льдов и затонул, Отто Юльевич успел организовать эвакуацию людей на льдину, а затем и их быт в палаточном лагере. Научная работа при этом не прекращалась, а специалисты, включая самого Шмидта, по-прежнему читали лекции, чтобы люди не падали духом. На льдине даже выпускалась газета «Не сдадимся!», где публиковались свежие данные о скорости дрейфа, новости с Большой земли и сведения о количестве оставшихся запасов.

Члены экипажа парохода «Челюскин» под командованием Отто Юльевича Шмидта во время вынужденной зимовки на льдине в Северном Ледовитом океане. 1934 год. Фото: РИА Новости

Менее чем через три недели пришла помощь. Сам Шмидт при этом серьёзно заболел, но, несмотря на высокую температуру, настаивал, что покинет лагерь последним. Чтобы переубедить его, пришлось запрашивать в Москве распоряжение правительства на этот счёт.

Могила Шмидта на Новодевичьем кладбище.; Бюст полярного исследователя в Государственном Северном морском музее в Архангельске. Фото: Коллаж АиФ

За спасением челюскинцев следила вся страна, а встречали их как героев. Позже Шмидт реализовал замысел, который возник у него во время дрейфа — организовать научную станцию на дрейфующей льдине. Так в 1937 году появилась станция «Северный полюс — 1».

«Северный полюс-1» — первая в мире советская полярная научно-исследовательская дрейфующая станция. Фото: РИА Новости