19 сентября части вермахта заняли столицу Украинской ССР. На момент прихода гитлеровцев там оставалось около 400 тысяч мирных жителей, значительная часть которых – лица еврейской национальности. Именно им были адресованы объявления, расклеенные 27 сентября на столбах, стенах и заборах.

«Все жиды города Киева <…> должны явиться в понедельник 29 сентября 1941 года к 8 часам утра на угол Мельниковой и Доктеривской улиц (возле кладбищ). Взять с собой документы, деньги и ценные вещи, а также теплую одежду, белье и пр. Кто из жидов не выполнит этого распоряжения и будет найден в другом месте, будет расстрелян…»

Среди горожан ходили слухи: немцы хотят эвакуировать евреев из Киева в целях безопасности. Эту версию подтверждали и несколько авторитетных раввинов (как выяснилось потом, их вынудило делать подобные заявления оккупационное командование). Потому утром 29-го к указанному месту собрались десятки тысяч людей – в основном женщины, старики, дети. Они надеялись, что немецкие солдаты и офицеры – «представители культурной нации», организуют доставку отсюда к вагонам (неподалеку расположена железнодорожная станция), погрузку… Но вместо этого доверчивых киевлян ждало совсем иное – смерть.

Урочище Бабий Яр оказалось выбрано гитлеровцами для проведения такой акции не случайно. Эта довольно обширная территория изрезана оврагами, очень удобными для захоронения многочисленных трупов.

Оккупанты постарались все тщательно организовать. Евреев, разделяя их на группы по несколько десятков человек, сначала отводили в зону, где они под дулами винтовок складывали принесенное с собой имущество и раздевались догола, а дальше несчастным предстоял последний совсем короткий земной путь – к площадке на краю оврага. Там гремели выстрелы, маскируемые громкой музыкой, лившейся из специально поставленных звукоусилительных установок.

Очень скоро палачи, видя, какой большой объем работы предстоит выполнить, усовершенствовали методику. Вместо того, чтобы расстреливать выстроившихся шеренгой смертников, их теперь заставляли укладываться рядами и после этого убивали выстрелами в упор. Поверх этих мертвых тел уже минуты спустя ложились, выполняя жестокую команду, люди из следующей партии. Для палачей очень удобно: никакой дополнительной возни с мертвыми телами, остается только присыпать сверху землей  огромную братскую могилу.

Сохранились воспоминания некоторых из участников бесчеловечной акции.

«Евреи, <…> были настолько испуганы <…>, что становились совершенно безвольными... Это был конвейер, не различавший мужчин, женщин и детей. Детей оставляли с матерями и расстреливали вместе с ними...»

«…В яме я увидел трупы, лежавшие в ширину тремя рядами, каждый примерно по 60 метров. Сколько слоев лежало один на другом, я разглядеть не мог. Вид дергающихся в конвульсиях, залитых кровью тел просто не укладывался в сознании…»

Свою лепту в операцию по «зачистке» внесли и украинские националисты, верно служившие фюреру. Правда немцы расстреливать людей в Бабьем Яру им не доверили, зато поручили важную хозяйственную роль. Именно эти доморощенные нацики в вышиванках, поступившие во вспомогательную полицию, организовывали бесперебойный процесс избавления обреченных людей от их ценностей и одежды. Один из немецких солдат вспоминал потом: «Я видел, что прибывавших евреев встречали коллаборационисты <…> и направляли к тому месту, где те должны были складывать свои пожитки, пальто, обувь, верхнюю одежду и даже нижнее белье. В определенном месте евреи должны были складывать и свои драгоценности. Все это происходило очень быстро: если кто-нибудь задерживался, коллаборационисты подгоняли его пинками и ударами. Я думаю, что не проходило и минуты с момента, когда человек снимал пальто, до того, как он уже стоял совершенно голый…»

Оккупантам не удалось до темноты управиться со всем собранным по объявлению еврейским контингентом. Однако это не значило, что оказавшихся «в хвосте очереди на тот свет» отпустили по домам. По сохранившимся свидетельствам, таких «счастливчиков» на ночь загнали в расположенные недалеко от Бабьего Яра большие сараи и заперли там. Следующим утром, 30 сентября конвейер убийств заработал вновь.

Общее количество своих жертв «истинные арийцы» тщательно подсчитывали. Соответствующая информация была включена в «Доклад об оперативной обстановке в СССР №101», датированный 2 октября 1941 года и предназначавшийся для начальника Главного управления имперской безопасности Гейдриха. Судя по этому документу, стараниями личного состава Зондеркоманды 4а, подразделений полка полиции за два дня – 29 и 30 сентября 1941-го, были ликвидированы 33771 киевских евреев. Впрочем в реальности жертв оказалось больше. Дело в том, что по чьему-то распоряжению не подлежали учету дети младше трех лет. Фашистские изверги расправлялись даже с такими малышами. Как рассказывали потом очевидцы, гитлеровцы на них чаще всего не расходовали патроны, а просто сбрасывали живыми в овраг, где крохи оказывались уже вскоре погребены под массой трупов новых расстрелянных.

Подытоживая события этих двух дней, составители очередного доклада Гейдриху хвастливо сообщали: «Сама акция проведена безупречно. Никаких происшествий не было...»

И еще один «козырь», который должен был понравиться берлинскому руководству: киевские оккупационные власти сообщили, что благодаря уничтожению нескольких десятков тысяч горожан-евреев в Киеве, где застройка сильно пострадала по ходу боев за него, освободились дополнительно жилые помещения, и в них теперь можно размещать немецких офицеров, солдат и сотрудников различных организаций, учреждений, необходимых при новом порядке.

События 29-30 сентября стали лишь первой серией кошмара под названием Бабий Яр. Массовые расстрелы там продолжались и в октябре 1941-го, и позднее, почти до самого освобождения столицы Украинской ССР войсками Красной Армии 6 ноября 1943 года. Помимо евреев в урочище ликвидировали представителей других «неполноценных» рас, в том числе цыган, а также группы советских военнопленных, подпольщиков… Судя по всему их участь разделил и кое-кто из помощников оккупантов – украинских националистов: по прошествии времени некоторые из этих «незалежников» были уличены гитлеровцами в нарушении установленных законов и без сожаления отправлены в Бабий Яр. Общее число жертв, погребенных в здешних оврагах, определить очень трудно. Данные разных исследований значительно отличаются – от 70 до 120 и даже 200 тысяч человек.

Главным распоряжающимся при проведении сентябрьских массовых казней в Бабьем Яру был начальник Зондеркоманды 4а штандартенфюрер СС Пауль Блобель. Судьба этого ярого нациста оказалась незавидной, хотя возмездие за ту жуткую спецоперацию все-таки задержалось. После разгрома Третьего рейха Блобель попал в число тех, кто сдался американцам. Замаскироваться под «невинную овечку» у эсесовца не получилось. В результате проведенного расследования выяснили, что он служил в особых войсках, занимавшихся карательными операциями и уничтожением десятков тысяч мирных жителей. Трибунал вынес ему вместе с еще несколькими «коллегами по профессии» суровый приговор. Убийцу ни в чем не повинных женщин, детей и стариков повесили 7 июня 1951 года.