Премьер-министр в социальных сетях оскорбляет католикоса и обвиняет его в нарушении обета безбрачия, высокопоставленных иерархов держат в заключении, а на разрушение армянских святынь в Карабахе власти предпочитают закрывать глаза. Как страна, первой в мире принявшая христианство в качестве государственной религии, дошла до такого? Попробуем разобраться…

Исторически Армянская апостольская церковь — древнейший общественный институт армянского народа, столп его идентичности и выдающееся явление мирового культурного и цивилизационного значения. Отказ от апостольской церкви и, уж тем более, борьба с ней до сих пор в глазах большинства общества выглядят однозначным безумием. Что же могло побудить светского политического деятеля решиться на подобный шаг и вывести силовиков к стенам древней резиденции армянских предстоятелей — святого Эчмиадзина?

Здесь нужно разбираться в общей политической ситуации постсоветской Армении. С распадом Советского Союза территориальный конфликт между Арменией и Азербайджаном вылился в войну за Нагорный Карабах. Первая карабахская война оказалась успешной для армянской стороны. Вышедшие из нее политические элиты на десятилетия получили власть в стране и определили тот облик независимой Армении, который нам привычен: союз с Россией, членство в ОДКБ, крепкие связи с многочисленной диаспорой, особая общественная роль Армянской апостольской церкви. Рубежом этого периода стал 2018 год, когда лидер уличной оппозиции Никол Пашинян на волне народного недовольства экономической ситуацией в стране занял пост премьер-министра и провозгласил, по сути, новый политический курс Армении. Что представляет собой этот курс, стало окончательно понятно два года спустя, после начала второй карабахской войны.

Этот быстротечный военный конфликт осени 2020 года стал для Армении настоящей национальной катастрофой. Погибли тысячи людей, Азербайджан вернул значительную часть территорий вокруг Карабаха.

Впрочем, политический приговор кабинету Пашиняна армянское общество вынесло еще в ноябре 2020-го. Тогда против премьера поднялась практически вся общественность Армении. Его отставки потребовали семнадцать оппозиционных партий, все три бывших президента страны, значительная часть местных элит и общественных деятелей. В тот момент даже действующий президент Армен Саркисян призвал к досрочным выборам и смене правительства, а чуть позднее ухода Пашиняна потребовали и начальник Генерального штаба с десятком высших офицеров армянской армии.

К всеобщей критике прозападного руководства страны присоединились и лидеры Армянской апостольской церкви. Церковь отпевала погибших, принимала беженцев и беспомощно наблюдала за сносом крестов с оставленных храмов Арцаха.

Пашинян, однако, пережил удар. Сначала он удержал улицу и государственный аппарат, а затем провел досрочные выборы 2021 года, в которых с помощью европейской поддержки смог получить большинство. Его усилиями прежняя оппозиция оказалась разгромлена. Дальше премьер действовал уже системно, вычищая нелояльные кадры из властных структур. А затем Пашинян перешел к борьбе с церковной властью.

Кампания началась летом 2025 года и сразу приобрела беспрецедентно оскорбительный характер. Премьер в своих социальных сетях рассуждал о «захламленных» храмах, публично обвинял высших священнослужителей в нарушении обета безбрачия, а затем и вовсе заявил, что у Гарегина II якобы есть ребенок. Доказательств он не представил, зато стал демонстративно называть католикоса мирским именем — Ктрич Нерсисян — и требовать, чтобы тот освободил патриарший престол. Также Пашинян стал демонстративно проявлять усиленное религиозное рвение и регулярно появляться на службах иереев, поддержавших его борьбу с католикосом.

Затем Пашинян объявил о создании координационного совета по «освобождению» Эчмиадзина и фактически присвоил светской власти право решать, кто канонически достоин возглавлять церковь. Абсурдность подобной претензии очевидна, однако уже к концу года вокруг премьера сложилась группа из десяти недовольных католикосом епископов. Именно на их позицию правительство планирует сделать упор при попытке представить политическую смену предстоятеля как внутреннюю церковную реформу.

Здесь однозначно напрашивается прямая аналогия с борьбой прозападных украинских элит против канонической Украинской православной церкви Московского патриархата и созданием искусственных раскольнических церковных объединений на Украине. Складывается ощущение, что г-н Пашинян хочет вывести Армению на скользкий путь активного противостояния с Россией. Неужели история ряда соседних государств ничему его не научила?..

Закономерным следствием обозначенной выше позиции армянского светского руководства стало лишение сана сторонников Пашиняна. Также для обсуждения организованного властями давления на духовенство католикос созвал Архиерейский собор в австрийском Санкт-Пёльтене (Австрия была выбрана для безопасности зарубежных епископов, угроза которым при въезде в Армению была очевидна). Премьер-министр публично заявил, что не допустит выезда Гарегина II. Накануне поездки против католикоса и шести членов Высшего духовного совета возбудили уголовное дело и запретили им покидать страну. Поводом стал отказ исполнить решение светского суда о восстановлении в сане мятежного епископа Геворга Сарояна.

Конечно, полностью сорвать встречу участников собора не удалось. Но первоначально задуманный Архиерейский собор пришлось понизить до статуса собрания епископов, что не давало полноты и веса принимаемым решениям. Ограничением выезда главы церкви Пашинян продемонстрировал всем свой абсолютный правовой цинизм.

Но окончательно масштаб его беспринципности стал очевиден именно в этом августе, когда Католикос всех армян вместе с членами Высшего духовного совета был вынужден прибыть на суд по уже обозначенному выше надуманному предлогу. Замечу, что хотя первое заседание закончилось почти сразу из-за взятия судьей самоотвода по формальной причине прежнего знакомства с адвокатом католикоса, едва ли здесь можно ждать оправдательного приговора. После полутора лет публичных оскорблений и давления на Гарегина II, арестов иерархов, запретов на выезд и формирования лояльной премьеру группы епископов трудно поверить, что светская власть затеяла этот беспрецедентный процесс ради отвлеченного торжества права. Новый судья уже назначен, и на кону сейчас устранение предстоятеля и установление контроля над Эчмиадзином.

При этом Пашинян уже столкнулся с серьезными последствиями этого шага. Его курс осудили не только сторонники католикоса внутри Армении, но и представители всех главных зарубежных центров армянской церковной жизни.

Процесс над католикосом напомнил всем, что Эчмиадзин являет собой значительно большее цивилизационное явление, нежели просто церковное сердце небольшой Республики Армения. Это один из признанных духовных центров мирового христианства. И, конечно же, Эчмиадзин и вся жизнь Армянской апостольской церкви — это, однозначно, не внутреннее дело Армении и тем более не предмет деятельности ее нынешнего светского руководства.

В этой части совершенно понятно, почему сегодняшняя позиция премьера состоит в игнорировании диаспоры. Не просто так этим летом подконтрольный Пашиняну парламент ограничил избирательные права всем гражданам, на момент голосования пребывавшим в Армении менее года. Но выиграть этот конфликт так же, как он подделывал выборы и подавлял оппозиционные партии, Пашинян не сможет. Даже если государство осудит католикоса, арестует ведущих архиереев и формально изберет удобного предстоятеля силами проправительственных епископов — кто с этим согласится? Ни внутри, ни вне страны новое церковное руководство не получит необходимого признания. А это путь к однозначному расколу в одной из древнейших христианских церквей мира.

Повторюсь, для России происходящее сегодня в Армении не может считаться внутренним вопросом соседнего государства. Российская армянская община — самая крупная в мире, Российская и Ново-Нахичеванская епархия Армянской апостольской церкви богата, влиятельна и возглавляется братом католикоса, а сами российские армяне не готовы простить Пашиняну оскорблений и издевательств над своим предстоятелем. Поэтому для нас поддерживать и защищать армянского духовного лидера означает бороться за традиционные ценности, права верующих, сохранение армянского христианского наследия и, конечно, за многолетнюю дружбу и общую христианскую судьбу русского и армянского народов.

В конечном счете суд над Гарегином II — не просто конфликт премьера с неудобным католикосом. Это столкновение двух диаметрально противоположных представлений об Армении. Одна Армения идеальна для европейского влияния: она управляема, лишена исторической памяти и, разумеется, освобождена от своей уникальной церковной жизни в лучших традициях европейской секулярности и циничной «веротерпимости», что характерно для современной Европы.

Другая Армения сохраняет в себе все лучшее, прекрасное и проверенное временем: она помнит свою историю, чествует своих павших героев и молится своим святым исповедникам. Не будем забывать, что во многом именно Армянская апостольская церковь объединила народ тогда, когда Армении еще не было на политической карте мира. И если Пашинян освободит Армению от Матери-Церкви и ее истории, то чем армянам будут ценны их политические институты и нынешнее светское руководство?