Насыщенный розовый цвет, который сегодня редко связывают с мужской властью, в Древнем Риме говорил о богатстве, высоком положении и почти божественном авторитете своего владельца. Об этом рассказывает новая выставка «Власть моды в Римской империи», открывшаяся в Копенгагене.

Один из ее главных экспонатов — мраморная статуя императора Тиберия, созданная в I веке нашей эры. До наших дней она дошла почти совершенно белой, однако анализ сохранившихся частиц краски показал, что одеяние императора первоначально имело нежный, но насыщенный розовый оттенок. Специалисты восстановили первоначальный облик статуи с помощью цифровой реконструкции.

Визуализация того, как выглядела статуя императора Тиберия, когда она была еще раскрашена / The Glyptotek

Современного человека полуобнаженный правитель в розовом одеянии может удивить. Однако римляне воспринимали этот образ совершенно иначе — розовая одежда подчеркивала власть, роскошь и особую близость императора к богам.

Ткани такого цвета стоили баснословно дорого. Краситель для них получали из секрета морских хищных улиток семейства мурексов, обитавших в Средиземном море. Моллюсков вскрывали и варили в свинцовых чанах. Для получения небольшого количества пурпура требовались тысячи улиток, поэтому позволить себе такую ткань могли только самые богатые и влиятельные римляне.

Одежда простых римлян выглядела гораздо скромнее. Небогатые горожане, крестьяне и рабы чаще носили туники из неокрашенной шерсти естественных кремовых, серых и бурых оттенков. Доступные ткани также красили растениями: ореховая шелуха давала коричневые цвета, а бузина — черные и серые. На фресках состоятельные римляне, напротив, предстают в ярких красных, зеленых, синих, желтых, розовых и пурпурных одеждах.

Для римлян внешность служила особым языком. Дорогая ткань, редкий цвет, сложная прическа или необычная обувь сразу сообщали окружающим, какое положение занимает человек. «Изучение античной моды дает нам ключ к пониманию портретной скульптуры Римской империи: мы можем узнать, кем были изображенные люди, а также понять, в каком обществе они жили и частью каких властных структур являлись», — говорит куратор выставки Сесилие Брёнс.