Ирландская группа Fontaines D.C., сохраняющая статус самой обсуждаемой рок-группы своего поколения, выпустила пятый альбом — «Dopamine Chamber». Игорь Гаврилов считает, что дело не в новаторстве их музыки, а в концертной активности и сочинительском таланте.

За семь лет Fontaines D.C. прошли путь, на который другим рок-группам не хватает и целой карьеры. Пять молодых ирландцев, начинавших с угловатого постпанка и стихов о дублинской жизни, превратились в стадионную группу международного масштаба. Их дебютный альбом «Dogrel» (2019) был номинирован на британскую награду Mercury Prize, с ним группа перед самой пандемией COVID-19 успела выступить в России и даже получила у местных меломанов локальное прозвище «фонтаны» — по аналогии с «рычагами» (Rage Against The Machine) и «перцами» (Red Hot Chili Peppers). Cледующий альбом, «A Hero’s Death» (2020), был номинирован на Grammy. Четвертый, «Romance» (2024), стал платиновым в Великобритании и принес группе уже две номинации на Grammy и победу на Brit Awards.

Если дебют Fontaines D.C. был полон уличной энергии, «A Hero’s Death» — мрачной рефлексии, мини-альбом «Skinty Fia» (2022) — размышлений об ирландской идентичности и отчуждении, то на недавнем «Romance» группа впустила в свою музыку брит-поп, трип-хоп, электронику и мелодраму, адаптированную к стадионам. В текстах и интонации фронтмена Гриана Чаттена слышатся и дублинская улица, и традиция ирландской литературы, и нервный голос человека, которому трудно чувствовать сегодняшний мир своим домом.

Название нового альбома Fontaines D.C. «Dopamine Chamber» отсылает к дофамину как системе вознаграждения и бесконечной погоне за очередным стимулом.

В официальном описании альбома группа предлагает представить его как комнату, где испытывают различные способы воздействия на чувства слушателя. Музыкально группа довольно далеко ушла от «Dogrel». Самыми заметными элементами аранжировок остаются прямолинейные постпанковые барабаны в духе первых альбомов U2, безапелляционные вокальные партии Гриана Чаттена и общая атмосфера неуюта. Назвать «Dopamine Chamber» революцией было бы преувеличением. The Cure, New Order, Depeche Mode, Massive Attack, гранж 1990-х — все эти ориентиры узнаваемы. Новизна в том, как Fontaines D.C. соединяют их, не превращаясь ни в одну из перечисленных групп.

Первым синглом стала «Marianne» — величественная, тревожная песня, в которой приглашение «исчезнуть» звучит одновременно соблазнительно и угрожающе. Второй, «Tongue», гораздо менее очевидный выбор для радиоэфиров: вязкий ритм, почти хип-хоповая организация вокала, мрачная электронная атмосфера, а в тексте — взаимные обвинения, чувство вины и неспособность договориться. Песня «Happy For You» на первый взгляд ближе к привычным Fontaines D.C., здесь царит гитарная меланхолия, напоминающая The Cure, но постепенно она превращается в мощную эмоциональную кульминацию. Название обманчиво, счастья здесь мало. Но это едва ли не самая человечная вещь альбома.

Особое место на пластинке занимает «Where Is Gone?» — дуэт с вездесущей Росалией, у которой в ближайшее время планируется еще и релиз совместного трека с U2.

Похоже, она стала своего рода талисманом для ирландских музыкантов. Голоса Чаттена и испанской певицы существуют в пространстве идеальной песни для фильма об агенте 007. Это один из самых эффектных моментов пластинки. А финальная «Intimate», в которой образы внешнего совершенства соседствуют с напоминаниями о старении и смерти, звучит как лучшая песня для объединяющего финала типичного концерта Fontaines D.C.

Популярность Fontaines D.C. не связана с новаторством, и новый альбом не исключение. Это не «Kid A» Radiohead и не «Mezzanine» Massive Attack. Более того, здесь зачастую просто доводятся до совершенства приемы, знакомые по альбому «Romance». Нынешнее привилегированное положение Fontaines D.C. на рок-сцене объясняется постоянным движением. Их песни сохраняют тревогу, неоднозначность, поэтические амбиции, а сами музыканты не боятся разочаровать тех, кто хотел бы услышать еще один «Dogrel».

Fontaines D.C. сегодня самая важная рок-группа своего поколения потому, что для нее оказаться на вершине популярности — значит не остановиться, а, напротив, двигаться дальше.