13 октября участники Петровских чтений в Верхнеуральске побывали в Свято-Никольском соборном храме и тюрьме ГУФСИН по Челябинской области. Корреспондент газеты «Магнитогорский рабочий» присоединилась к экскурсионной группе, чтобы проследить, как история города раскрывалась через рассказ о храме, судьбах священнослужителей и прошлом тюремного учреждения.

В 10 часов утра группа собралась у входа в Свято-Никольский соборный храм. Экскурсовод Гузалия Исмагилова обратила внимание участников на памятную табличку у здания. Она напоминала о событии, которое произошло здесь в 1891 году.

– Летом 1891 года будущий император Николай II посетил наш храм и отслужил здесь молебен. Сам собор был построен благодаря стараниям купца первой гильдии Николая Петровича Рытова. Здание было выполнено в русско-византийском стиле, – рассказала Гузалия Ахметовна.

У входа участники задержались, рассматривая здание, а затем направились внутрь. Рассказ продолжался у старинных икон. По словам экскурсовода, в годы Гражданской войны прихожане прятали святыни в подвалах храма и собственных домах, чтобы сохранить их.

– Многие иконы во время Гражданской войны спрятали в подвальных помещениях храма. Некоторые прихожане уносили их к себе и скрывали на чердаках или в подвалах. Когда храм вновь открылся, люди стали возвращаться сюда, проходили службы и читались молитвы. Среди сохранившихся святынь есть старинные иконы, связанные с историей прихода, – пояснила экскурсовод.

В рассказе о храме возникла и другая история – о священнослужителе Михаиле Громогласове, который прибыл в Верхнеуральск в 1905 году. Экскурсовод сообщила, что он занимался просвещением и содействовал открытию учебных заведений. По ее словам, в окрестностях города при его участии построили 29 школ, а в самом Верхнеуральске он выступил инициатором создания женской гимназии и училища.

Уже в автобусе, по дороге к следующему пункту программы, разговор вернулся к современной жизни прихода. За окном остались деревянные дома для священнослужителей, о которых рассказывала Гузалия Исмагилова. Она также упомянула воскресную школу, где занимались дети и взрослые.

– Школа сейчас работает? Можно ходить? – спросила одна из девочек.

–Да, можно. Школа работает, там у нас обучается больше 50 детей, – ответила экскурсовод.

В 11 часов автобус остановился у Верхнеуральского политизолятора. Здесь участникам предстояло познакомиться с историей учреждения, в котором в 1930-е годы, когда оно использовалось как политический изолятор НКВД, находился в заключении священномученик Петр Полянский, митрополит Крутицкий.

Группу встретили сотрудники учреждения. Сначала гостей провели к поклонному кресту, посвященному митрополиту Петру. Затем вместе с сотрудниками ГУФСИН участники направились в административный корпус, где располагалась музейная экспозиция.

В музейном помещении начальник отдела кадров начала рассказ с первых упоминаний о Верхнеуральской тюрьме. История учреждения уходила в середину XVIII века, когда на берегу Урала возник и развивался Верхнеуральск. Позже, по мере развития торговли и освоения Сибири, здесь потребовалось новое здание для содержания и пересылки арестантов.

– В XIX веке через Верхнеуральск проходил путь заключенных из центральной России в Сибирь. Вместо земляной гауптвахты построили пересылочную тюрьму, а в начале XX века приняли решение о возведении стационарного учреждения. Строительство началось в казачьем районе, который рассматривался как важный рубеж между центральной частью страны и Сибирью, – рассказала сотрудница ГУФСИН.

Участники рассматривали фотографии и материалы экспозиции, пока представитель учреждения объясняла, как строилось здание. Для изготовления кирпичей использовали местную глину, а подрядчиком стал городской инженер-строитель Сафронов. В 1914 году тюрьма приняла первых заключенных.

– Толщина стен здания составляла 120 сантиметров, а территорию окружало кованое железное ограждение. Помимо трехэтажного тюремного корпуса, построили хозяйственные помещения и жилой дом. Примечательно, что сам строитель Сафронов впоследствии тоже оказался в этой тюрьме, – продолжила начальник отдела кадров.

Дальше история учреждения следовала за историей страны. После революции и во время Гражданской войны здесь содержались заключенные разных политических взглядов. В начале 1920-х годов тюрьма временно пустовала, но позднее вновь стала принимать арестантов. В 1930-е годы в ее стенах находились политические заключенные, в том числе известные партийные деятели.

– В 1936 году, когда НКВД возглавил Николай Ежов, режим содержания ужесточился. Заключенных переодевали в робу с номерами, прогулочную площадку разделили на четыре части, чтобы они меньше общались друг с другом. Политических заключенных стали размещать в разных камерах, – уточнила сотрудница.

В начале 1938 года политических заключенных начали вывозить на новые судебные процессы. К 1939 году учреждение вновь опустело и было закрыто. Однако с началом Великой Отечественной войны тюрьму открыли повторно: сюда перевозили заключенных из московских и других тюрем европейской части СССР.

По словам сотрудников, в военные годы среди заключенных появились иностранцы – поляки, японцы и немцы. Они также рассказали о двоюродной сестре Адольфа Гитлера, которую, согласно представленному на экскурсии рассказу, доставили в Верхнеуральскую тюрьму. При этом сведения о пребывании здесь артисток Лидии Руслановой и Зои Федоровой, как отметила начальник отдела кадров, подтверждения не получили.

После войны учреждение еще не раз меняло назначение. В 1966 году тюрьму закрыли, а на ее базе создали исправительно-трудовую колонию, где лечили заключенных с туберкулезом. В 1972 году тюремный режим восстановили.

– История учреждения складывалась циклично: тюрьму закрывали, когда в ней не было необходимости, а затем вновь открывали в связи с изменением обстановки в стране. С 1972 года и до настоящего времени учреждение продолжало работать как тюрьма, – отметили специалисты.

После рассказа об истории тюрьмы участникам показали экспонаты – предметы, изъятые у заключенных. В них пытались прятать мобильные телефоны и передавать их заключенным в учреждение. В тарелке, у которой подозрительная толщина дна помогла обнаружить скрытую полость. Рядом лежала икона, внутри которой также пытались спрятать запрещенные предметы. Телефоны также пытались передать в книгах и тапочках.

– Раньше у нас не было сканера, который позволяет проверять посылки и осужденных. Поэтому многое зависело от опыта сотрудников: если предмет казался слишком тяжелым или его толщина вызывала подозрение, его осматривали внимательнее. Телефоны пытались прятать в посуде, иконах, тапочках и даже консервах, – объяснил представитель учреждения.

Среди изъятых предметов – самодельные приспособления. Среди них оказалась татуировочная машинка предмет, сделанная из электрической бритвы. Также был изъят и пистолет из бумаги, сделанный одним из заключенных для попытки побега.

Затем внимание группы переключилось на игральные карты. Обычные карты заключенным запрещены, поэтому некоторые из них рисовали колоды самостоятельно. Участники рассматривали карты и их рубашки, разглядывая нанесенные вручную изображения.

– Рубашки карт действительно не отличить от настоящих. Привычных нам мастей здесь также нет, однако они понятны самим заключенным, – объяснил сотрудник ГУФСИН.

Напомним, что Петровские чтения в Магнитогорске и Верхнеуральске в четырнадцатый раз объединили участников образовательного процесса. В этом году масштаб мероприятия значительно расширился: к чтениям присоединились свыше 58 тематических.

Алена ВЕСЕЛЬЕВА
Фото  автора