ПАВЕЛ УЛЬЯШОВ «И ЧУВСТВОВАТЬ, КАК ЖИЗНЬ ДЛИННА, ЗАГАДОЧНА И БЕСКОНЕЧНА…» ...

Дата публикации: 11-10-2026 08:14:49

ПАВЕЛ УЛЬЯШОВ
«И ЧУВСТВОВАТЬ, КАК ЖИЗНЬ ДЛИННА, ЗАГАДОЧНА И БЕСКОНЕЧНА…»
«Он был человеком глубоко порядочным, честным, любящим Россию и верным её национальным традициям, её великой культуре»,- так писали в некрологе о Павле Ульяшове Алексей Мишин, Михаил Стеклов, Михаил Великанов, Владимир Захаров.
Павел Сергеевич Ульяшов (1936-2004) родился в деревне Громиловка Екимовичского (ныне Рославльского) района. Окончил историко-филологический факультет Смоленского пединститута. Работал в областной молодёжной газете «Смена», создал здесь литературное объединение «Радуга», но в 1968 году за стихотворение «Поэты», признанное идеологически вредным, был уволен из редакции, исключён из рядов КПСС (впоследствии восстановлен), уехал в Москву, где жил и трудился с 1970 года: в журналах «В мире книг», «Октябрь», в «Литературной газете», «Литературной России». В 90-е годы минувшего века возглавлял московские издательства «Чарли» и «Алгоритм».
Известен не только как издатель. Он талантливый поэт, критик, литературовед, автор книг «Ветер земных дорог», «Этот неумирающий жанр. Современный советский рассказ», «Одинокий писатель. О.Э.Мандельштам», «Только о любви», «Из песни – слово». Член Союза писателей РСФСР с 1984 года.
В этом году Павлу Ульяшову исполнилось 90 лет со дня рождения.
ЛЮБИТЕ!
Мне в душу входит медленно,
Как музыка без слов:
«Всё в мире перемелется –
Останется любовь».
Любите жён, любовниц,
Оставленных детей.
Любите всех, но больше
Во всё и вся – людей!
Придёт – не затворяйтесь
От любви за стенами,
Любите, как творите, -
Легко и вдохновенно.
Любовь, как тяга к пропасти:
Заглянешь – очи выпьет.
Но не любить не пробуйте –
Ничего не выйдет.
Всё в мире повелительно
Одной любви, поверьте.
Любите же, любите!
И отомстите смерти…
* * *
Ах, завлеканья с умыслом –
Всё к чёрту надоело.
Хочу любить, как в юности,
Смешно и неумело.
С какой-то детской верою
В хорошее на свете,
С черёмухой и вербою
В припрятанном букете.
И с робким провожанием
До самой зорьки утренней.
Хочу любить я жадно,
Свежо и целомудренно.
Не так, чтобы руками
Увериться в нескромности.
А так, чтобы губами
Бояться губ дотронуться,
Чтоб нежному участию
Сопутствовала верность,
Чтоб, как струна, от счастья
Замирало сердце…
ОДНАЖДЫ
Памяти сестры Насти
Когда всё надоест мне –
Ложь и зло твоих фраз, -
Вдруг вспомянется детство
И уеду я враз
На родную, заветную
Землю дедов, отцов,
Где по белому свету
Я носился мальцом,
Где свободный, как ветер,
У неназванных рек
Жил когда-то на свете
Я – другой человек.
…У села на подходе
Грай старинный грачей.
Бодрый дед на подводе
Спросит просто: «Ты чей?
Не Сергея ль рябого?
По породе похож…»
И беззлобно так в бога:
«Как растёт молодёжь!»
Вот и дом. Под божницей
Сажает меня
Жницы, дел мастерицы,
Сестрицы родня…
И вздыхает, напрягшись,
Скамья-старина,
На которой, как в святцах,
Все мои имена.
За цветной занавеской
Мне постелет сестра,
И воскресшее детство
Набежит до утра
С белкой и горностаем –
Всем на свете зверьём,
Что навечно осталось
В том Заречье моём.
Кто видал, как по-детски
Распускается врань
Тот цветок деревенский -
Огневая герань
И кто слышал, как косу
Отбивает сосед,
Как летят отголоски –
Эха эху привет,
Как скрипят половицы
И петух голосит,
Тот готов поклониться
Деревенской Руси.
Когда Родина к горлу
Подкатит вот так,
То и горе – не горе,
И обида – пустяк.
И уткнувшись в подушки,
Я забудусь тотчас…
Пусть кудахчут несушки
И коровы мычат, -
От рассвета в окошке
До скончания дня
Две собаки, три кошки
Охраняют меня…
* * *
У дороги шоссейной
Бабы лён расстилают.
Пот холодный, осенний
Им глаза застилает.
Жёны, вдовы, невесты –
Все их бабами кличут.
За протяжные песни?
За простое обличье?
Эти руки, как грабли,
Спины сутуловаты.
Деревенские бабы,
Чьи сыны – космонавты…
Ах, Россия, Россия,
Как в тебе намешалось –
Братск и свет керосинный,
Мини-юбки и шали…
По обочинам ровно
Бабьи согнуты спины.
И проносятся с рёвом
За машиной машина…
ПОДОРОЖНИК
По всей деревне напетляли стёжки
К заречью, огородам и домам.
Пружинит под ногами подорожник
И так легко бежать моим ногам.
О подорожник! Смутный символ детства.
Простая деревенская трава…
Ты мне один остался, как наследство
От той поры, что навсегда права…
В твоём названье – действо.
По-до-рож-ке
Бегу, босыми пятками стуча…
Как гулко хлопал ты в моих ладошках,
Пугая замечтавшихся девчат!
А если на ступне вспухала «рожа»
И расцветали алые круги, -
Прикладывала бабка подорожник
И как рукой снимало всё с ноги.
Спасая от уродства, как от казни,
Без заговоров и без волшебства
Всё заживляла чудная трава –
«Ячмени», цыпки, ссадины и язвы.
Тех цыпок нет. И бабки нет уже.
Здоров я телом и в руках есть сила.
Но что, скажите, приложить к душе,
Когда она болит невыносимо?
А ЧТО БЫ БЫЛО?
Я часто думаю – а что бы было,
Когда бы люди вдруг бессмертье обрели
И больше б не пугала их могила,
Холодные объятия земли…
Мы б стали смелыми – чего бояться!
И каждый – лишь заслышится призыв,
Вступался б за обманутых троянцев,
Не думая, останется ли жив.
А там, где слишком робко или кратко,
Мы говорим иль выгодно молчим,
Мы б яростно дрались за правду,
Не опасаясь шишки получить.
А труд бессмертным вовсе не положен.
Век не работай и не ешь – а жив!
О детстве не грустили б мы тревожно –
Какие у бессмертья рубежи?
Тут всё равно, что юность и что старость –
Бессмертье всё вернёт и повторит…
О, люди, что бы с нами сталось,
Когда бы мы бессмертье обрели.
Как мы легко справлялись бы с судьбою:
Сквозь все преграды, голову сломя!..
Чтоб оставались мы всегда собою,
Рождает смертными нас мудрая Земля!
* * *
А лес стоит такой зелёный,
Хотя в лугах сквозит сентябрь.
И даже принцы леса - клёны
Листвой зелёной шелестят.
Шумят олешины и вербы,
Как летом или по весне,
И не хотят никак поверить,
Что через месяц будет снег.
А может быть, то в теле влажном
Так молит трепетно душа,
Чтобы зима, хотя б однажды,
В их край дороги не нашла.
* * *
Земля прекрасна с высоты,
Когда уже шарообразна,
Она восходит так парадно
Над вечной бездной темноты.
И пред тобой не окоём,
А круглый краешек планеты,
Представшей взору синим небом
С белёсым облачком на нём.
* * *
Клевера у белесой дороги.
Королевство хмельное шмелей.
Если б были на свете боги,
Они сделали б рай на земле.
А не где-то в холодной выси,
Где нет яростной цвети льна,
Сотворённой как будто из вымысла –
Так она голуба-зелена.
Нет тропинки за спеющей рожью
Там, где женщина в давний год,
Так на маму мою похожая
На верёвке корову ведёт.
Нет прохлады в тени улёгшейся
Этих грустно склонённых ив,
И нет жаворонка, захлёбывающегося
От восторженной к жизни любви…
* * *
Поэты редко умирают.
Поэтов чаще убивают
Чужая боль, туберкулёз
И цепкая, как беркут, ложь,
Война, как Байрона с Марлинским,
Как паренька, что шёл к Берлину,
Но пал лицом в сухую степь,
Героем став, поэтом не успев…
Вот ты стоишь
непонимаемый,
А вдруг –
толпа глухонемая…
А вот –
тыщеязыкий рот
Тебя согнуть в бараний рог
Грозится
и свистит разбойно.
О, как тогда поэту больно!
Хула врагов,
друзей забвенье
Выносят смертный приговор,
И Маяковский вдруг с Есениным
О смерти смертью
кончат спор.
Грин замерзал, Блок голодал,
Убит был Пушкин на дуэли,
И Лермонтов,
в упор застрелен,
К подножью Машука упал.
Но повторятся в жути нервной
В витке истории слепой
И трагедийный сорок первый,
И роковой тридцать седьмой.
О, фанатизма профиль бледный!
Это твоей тупой пятой
Был в землю втоптан Грибоедов,
Убит Васильев – тёзка мой…
И так всегда. Во все века
Поэтов со свету сживают,
Стреляют,
вешают,
сжигают…
О как же редко доживают
Они хотя б
до сорока…
И я взрываюсь вдруг невольно –
Кто причащён к тебе,
Парнас,
О, торопитесь слово молвить,
Покамест
не убили
вас…
1968
ДОН-КИХОТ
Стоишь передо мною на столе
Чугунной долговязой статуэткой.
На нашей грешной, грамотной земле
Ты гость непонимаемый и редкий.
Возьми в наш век неукротимый старт.
Здесь есть сразиться с кем –
не только с ветряками.
Но я боюсь, что будешь, как и встарь,
Ты новыми осмеян остряками.
Как часто карьеризм за героизм
Мы принимаем с миной благородства,
Но оценить не можем, хоть умри,
Простое бескорыстье донкихотства.
И никому по нынешней поре
Быть по-смешному добрым неохота…
Да, видно, мир и вправду постарел,
Если с земли исчезли Дон-Кихоты.
ЛЁШКА
А.Мишину
Мы рестораны
редко посещаем,
А посещаем –
всех не посвящаем.
Но этот случай
расскажу вам всё же –
Мы в «Арлекине»
засиделись с Лёшей.
А Лёша – друг мой…
Лёшка если выпьет,
Не бойтесь –
зубы Лёшка вам не выбьет.
Нет, Лёшка,
если выпьет,
то поёт.
Нет,
Лёшка, если выпьет –
пляшет.
А в «Арлекине» что? –
Лишь точат лясы…
И мы ушли.
И был расстроен Лёшка.
И вдруг…
откуда ни возьмись –
гармошка!
Повисла у кого-то на ремне,
И крикнул Лёшка:
«Русскую мне!»
И прямо среди города
Вздохнула гордо
Зазноба деревенская
И враз – коленце,
И Лёшка пляшет,
И ходит площадь,
А Лёшка – в ляжки,
В подошвы,
В ладоши…
Народ сбежался,
Безусый и усатый:
- Наверно, нализался
А Лёшка – сальто…
Схватил под руку –
И-эх, дайте жару! –
По кругу, по кругу
С вьюгой на пару.
Давай-давай, метелица,
Сыпь снегом и секи, -
Пойми, что мы не пьяницы,
Мы – весельчаки!
И ахал, удивлённый,
Вокруг народ
сто раз –
Влюблённый,
покорённый,
Рвущийся в пляс.
А Лёшка радость дарит,
И, кончив, - бросил враз:
- Ух, и надоедает
Порой, ребята, джаз!
1963
* * *
Сидеть вот так над кручей дотемна,
Смотреть бег волн,
задумчивый и вечный,
И чувствовать, как жизнь длинна,
Загадочна и бесконечна…
Гуляет осень в праздничном венце,
Крик журавлей печально-укоризнен…
Россия-мать и милая Отчизна –
Любовь моя и жизнь в одном лице.
* * *
Когда сидишь ночами до рассвета,
Умучившись, карандаши жуёшь,
Мне говорят: «Зачем тебе всё это?
Стихами, дорогой, не проживёшь…»
Но если не писать, - куда я дену нежность,
Восторг, любовь и откровенье слов?
Стихами я не проживу, конечно,
Но не могу прожить и без стихов.
* * *
По-моему, талант – это душа,
Способная любить иль ненавидеть,
Или страдать, как изгнанный Овидий, -
Всё остальное же не стоит ни гроша.
Мы удивляемся: «Ах, песня хороша,
Но чем слова нехитрые чаруют?»
Забыв, что окрыляет их душа,
Которая затем и существует…
* * *
Не такой уж красавицей была.
Но когда приходила ко мне во сне ты,
Я откладывал в сторону все дела
И тебе сочинял сонеты.
Я, как пёс,
Все любовные раны свои зализал.
Жил до страшного бестревожно.
Я дерзал,
я мужал,
я в долги залезал,
Чтоб тебя угостить пирожным.
Я взбирался с тобою
на строек леса,
В космос рвался
И к звёздам стремился.
Я бы много стихов о тебе написал,
Если б не на тебе женился…
* * *
Опять с тобой рассорились вчера.
При встрече - глаз твоих я не встречаю.
И я, с тобой скучавший вечера,
Теперь уж без тебя скучаю.
Всех кар на голову мою ты не зови –
Судьба с тобой нас крепко повенчала,
Коль всякий раз конец твоей любви –
Моей любви только начало…
* * *
Звёзды спустились низко,
Мир спит – и уже не спит.
Луна позолоченным диском
Летит – и на месте стоит.
Но вот закачалось небо
На розовой пене зари,
И медленно, длинно и медно
Мне колокол солнца звонит.
И я просыпаюсь бессловно,
Вдруг сном о тебе удивлён.
И солнце лучится любовью,
И утро становится днём…

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	. Илья Сельвинский Человек умирал на больничной койке. Был он ...	0	8.77	30-09-2026
2	Елецкий поэт, журналист и блогер Михаил Васильевич Трубицын далеко стороной ...	0	7.35	11-10-2026
3	В недавнем выпуске альманаха 45-я параллель - публикация стихотворений последних ...	0	6.14	11-10-2026
4	Художник Сысоев Николай Александрович (1918-2001)	0	15.01	05-10-2026
5	Илья Сельвинский. * * * Человек умирал на больничной койке. ...	0	8.93	10-10-2026
6	5 октября родился выдающийся советский и российский актёр театра и ...	0	14.84	05-10-2026
7	Илья Сельвинский Золото в конскую голову Человек умирал на больничной ...	0	8.41	05-10-2026
8	Лидия СЫЧЁВА. Высокий миг Валентина Сорокина	0	21.68	25-08-2026
9	* * * Я так люблю, как здесь любить нельзя, ...	0	6.33	10-10-2026

Классификация: . Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 8.16. Источник: vk.com.