Французский либеро «Зенита» Женя Гребенников — о золотом финале против Польши.

Что может быть в карьере спортсмена лучше победы на Олимпиаде? Победа на домашней Олимпиаде. Француз Женя Гребенников, выступающий за «Зенит», стал двукратным олимпийским чемпионом. Второе золото в карьере было добыто в финале с Польшей (3-0) при полных трибунах стадиона «Париж-Юг». Казалось, такой звуковой волны арена просто не выдержит. Квинтен Жоффруа даже сказал Гребенникову перед выходом: «Женя, мне страшно».

Что сказал сам Гребенников после золотого матча?

— Это невероятно, словно один из самых прекрасных снов. Два золота Олимпиады — мы вписали свои имена в историю французского волейбола. То, что сделали наши болельщики, — это просто что-то нереальное. Такая поддержка меняет всё в тяжелых матчах, особенно в конце сета. Сколько бы ты ни старался отпустить ситуацию, в голове всё равно крутится одна и та же мысль: мы играем перед своими болельщиками, перед своими семьями. Всё это давало мотивацию.

— Домашний финал по атмосфере вряд ли с чем-то сравнится?

— Я думаю, его и не стоит ни с чем сравнивать. Каждый финал уникален, но атмосфера классная. И мы очень хорошо сыграли в этом матче против Польши. Очень рад, потому что это тот случай, когда мы выиграли перед своей публикой, на домашней Олимпиаде. Это просто нереально. Народа на трибунах было огромное количество.

— Говорят, очень легко выиграли у Польши.

— В спорте ничего легкого не бывает, финалов легких не бывает тоже. Думаю, просто мы очень хорошо сыграли. Мы боролись в этом матче за каждый мяч, поэтому благодаря такой работе мы и выиграли.

— Чувствовали давление на домашней Олимпиаде?

— Нет. Зато знал, что близкие придут, что у нас будет колоссальная поддержка, которая помогает играть.

— Успели что-то посмотреть?

— Не следил за чем-то конкретно. Просто, когда попадалась трансляция, что-то успевал глянуть. Видел гандбол, например, баскетбол. Времени особо ни на что не было.

— Жили в деревне?

— Да, как все.

— Какой финал дался тяжелее — этот или финал в Токио?

— Оба были тяжелые. Но в Токио всё же финал был чуть-чуть тяжелее.

— Надеетесь, что в клубе вам устроят чествование?

— Посмотрим! Но да, надеюсь (смеется).