Соцфонд проверит обороты на картах при назначении детского пособия

Представим себе обычную сорокалетнюю женщину. Назовём её тоже стандартно — Леной. Лена живёт в Подмосковье, разведена, воспитывает двух детей и официально получает банальные 40 тысяч рублей в месяц. За год выходит — 480 тысяч. Не Рокфеллерша. Поэтому подаёт заявление на единое пособие.

Раньше государство интересовалось прежде всего её доходами и имуществом: сколько заработала, нет ли лишней квартиры, автомобиля и других признаков тайного богатства. Теперь государство заглянет ещё и в банковскую карты Лены. А там… жизнь.

В январе Ленина мама перевела дочке 30 тысяч: «Леночка, накопила с пенсии, это внучкам на одежду». В феврале подруга вернула скопом 30 тысяч, которые занимала по 5 тысяч ещё в прошлом году. Весной Лена купила холодильник за 70 тысяч, холодильник оказался бракованным, его вернули по гарантии в магазин, а деньги пришли обратно на карту. Летом бывший муж неожиданно вспомнил, что у него есть дети, и что-то прислал сверх алиментов. Кто-то вернул тысячу за общий подарок учительнице. Маркетплейс начислил кешбэк. Сестра перевела деньги за билеты в цирк и театр, которые Лена покупала на всех.

Деньги приходили и уходили. Богаче Лена от этого почему-то не становилась.

Но с 1 октября в Московской области, ХМАО и ЯНАО действует эксперимент: при назначении единого пособия Социальный фонд сравнивает официальный совокупный доход семьи с поступлениями на её банковские счета за расчётный год. Если поступления равны или превышают 200% семейного дохода, это становится основанием для отказа в пособии.

В нашем примере официальный годовой доход Лена — 480 тысяч рублей. Значит, опасная черта — 960 тысяч. Если через счета за расчётный период прошло 950 тысяч — этот новый критерий сам по себе не срабатывает. А если миллион — вопрос: откуда деньги?

Логика государства понятна. Человек сообщает, что семья живёт на 40 тысяч в месяц, а по его банковским счетам гуляют миллионы. Возможно, перед нами действительно не бедная семья, а граждане, чьи реальные доходы несколько отличаются от их официальной биографии. Но банковская карта давно перестала быть просто местом, куда дважды в месяц падает зарплата. Через неё проходит практически вся наша жизнь.

Соцфонд поэтому предусмотрел исключения. Не считаются переводы человека между собственными счетами, переводы между членами одной семьи, кредиты, налоговые вычеты и некоторые другие поступления. Доход от продажи имущества также исключается при соблюдении установленных условий.

То есть если Лена переложила 100 тысяч со своей карты одного банка на свою же карту другого, в двух местах богаче она не стала. Государство это понимает. А вот если 100 тысяч прислала бабушка — это уже другая картина. Соцфонд прямо разъясняет: переводы от родственников при оценке оборотов учитываются, если родственник не является членом семьи в смысле правил назначения пособия.

Возврат долга от друга — тоже учитывается. Кешбэк, поступивший на банковский счёт, — тоже. И даже возврат денег магазином за тот самый несчастный холодильник может случайно попасть в банковский оборот.

Поэтому эксперимент неожиданно превращает обычную семейную бухгалтерию в довольно увлекательный квест.

— Мам, не переводи мне деньги, а то государство решит, что мы богатые.

Но мама, возможно, спросит:

— А как тогда передать?

Пока новый порядок действует только в трёх регионах и только для заявлений на единое пособие, поданных с 1 октября по 31 декабря 2026 года. Эксперимент должен показать, помогает ли банковский оборот отличить действительно нуждающуюся семью от той, которая нуждается исключительно по документам.

Вопрос только в том, насколько хорошо банковский оборот вообще измеряет богатство граждан. Потому что миллион рублей, который человек заработал, и миллион, который за год несколько раз вошёл и вышел из семейного кошелька, — всё-таки не совсем один и тот же миллион.

Но теперь некоторым семьям придётся это доказывать.