2 октября в Минске состоялось заседание межправительственного совета Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Как показало обсуждение, с учетом текущей экономической динамики в странах «пятерки» приоритетное значение должна иметь поддержка инвестиционной и промышленной активности. Впрочем, к действующему механизму поддержки кооперационных проектов остаются нарекания. Также требуется формирование единых подходов к прослеживаемости и стандартизации товаров.

Премьер-министры стран ЕАЭС на заседании межправсовета подвели итоги первого полугодия. По словам главы российского правительства Михаила Мишустина, за январь—июнь ВВП ЕАЭС вырос более чем на 1%, взаимная торговля за январь—июль прибавила 10% в годовом выражении. Однако в инвестиционной сфере, добавил премьер-министр Казахстана Олжас Бектенов, наблюдается разнонаправленная динамика. Объем инвестиций в реальном выражении снизился в первом полугодии на 7,2%, в первом квартале объем услуг вырос на 0,5%, а производство товаров сократилось на 0,7%. На этом фоне, полагает он, особое значение приобретает поддержка инвестиционной и производственной активности в союзе, а также расширение экономической кооперации.

В части промышленной кооперации, как следовало из выступления белорусского премьера Александра Турчина, у партнеров по ЕАЭС есть определенные нарекания — прежде всего к механизму финансирования таких проектов.

Поясним, с 2024 года в ЕАЭС работает механизм субсидирования процентной ставки по кредитам на строительство или модернизацию промышленных производств. Главное условие — в проекте должны участвовать предприятия как минимум из трех стран ЕАЭС. По данным Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), в этом году бюджет программы составил 9 млрд руб., в 2027-м прогнозируется на уровне 12 млрд руб.

По словам Александра Турчина, подход к финансированию таких проектов необходимо «перезагрузить» — слабыми местами он назвал административную нагрузку и длительные процедуры отбора (см. “Ъ” от 29 мая). Отметим, механизм и ранее критиковался — и, судя по всему, увеличение с последнего заседания межправсовета в августе числа реализуемых проектов с пяти до восьми недостаточно устраивает чиновников.

В общей сложности, как сообщают в ЕЭК, поступили заявки на финансирование 23 проектов общей стоимостью 30 млрд руб.— речь идет, например, о проектах по выпуску компонентов для дорожной техники, микроэлектроники, стройматериалов.

При этом, по мнению Александра Турчина, внимание следует уделить также формированию единых подходов к прослеживаемости и стандартизации товаров. Накануне на пленарной сессии «Иннопрома» он отмечал, что для достижения производственно-технологической кооперации необходимо переходить от строительства «заборов» к возведению «мостов» — за счет установления единых стандартов качества продукции и взаимного признания сертификатов соответствия.

Отметим, барьеры в этой сфере действительно есть. Осенью прошлого года Росаккредитация получила полномочия по приостановке действия в РФ документов о соответствии, выданных в других странах ЕАЭС (см. “Ъ” от 17 марта). В ЕЭК расценили это как барьер на союзном рынке — в сентябре этого года комиссия опубликовала решение, в котором призвала РФ в течение 60 дней устранить препятствия, связанные с подобными действиями федерального агентства. Впрочем, как ранее подчеркивал глава Росаккредитации Дмитрий Вольвач, ведомство нацелено на повышение доли на рынке сертификации именно российских сертификатов (см. “Ъ” от 11 марта). Российская сторона, как следует из опубликованных на правовом портале ЕЭК документов, направила предложение об отмене решения комиссии.

По итогам заседания принято несколько документов — в частности, одобрен пакет решений по формированию с 2027 года общего рынка электроэнергетики. Как пояснил глава коллегии ЕЭК Бакытжан Сагинтаев, на первом этапе торговля электроэнергией будет осуществляться «по свободным двусторонним договорам без централизованных торгов».

Полина Попова, Минск