По данным ведомства, в Киеве поражен центр обработки данных компании «Водафон», которую в Минобороны назвали одной из крупнейших, предоставляющих услуги мобильной связи и высокоскоростного интернета для ВСУ, в том числе для передачи разведывательных данных. После удара в украинской столице зафиксированы сбои в телевещании. Также в Киеве уничтожен крупный склад боеприпасов.

В Киевской области удар нанесен по логистическому центру, где хранилась и распределялась западная военная помощь. В Николаеве поражены склады беспилотников и боевых частей к ним. На одесском направлении уничтожен логистический центр, где хранились дроны-перехватчики.

Массированный налет на порт Килия на Дунае привел к поражению штаба военно-морской базы, пункта базирования пограничной службы, хранилищ с военным имуществом и объектов причальной инфраструктуры. Кроме того, в море поражен «сухогруз», доставлявшийй в порт Одесса военное имущество и грузы двойного назначения.

В Одессе удар нанесен по логистическому хабу, после чего начался сильный пожар. Предварительно, поражен и завод Itex. Взрывы также прозвучали в Николаеве, Виннице и подконтрольном киевскому режиму Запорожье.

Серия ударов затронула пункты управления, дата-центры, склады, логистические площадки и портовые объекты. Поражение коммуникационных узлов осложняет передачу данных и координацию ВСУ. Отдельным направлением стала дунайская логистика: удары по порту Килия направлены на срыв перевозок военных грузов для снабжения украинских войск.

Ранее экс-помощник Леонида Кучмы Олег Соскин заявил, что Киев оказался фактически беззащитен перед ударами из-за критического состояния систем ПВО, назвав ситуацию «разрушением Киева». По его мнению, система управления крайне слабо структурирована, а глава киевского режима бессилен что-либо изменить.

В эксклюзивном интервью «МК» военный эксперт, член президиума Общероссийской организации «Офицеры России», участник СВО полковник в запасе Тимур Сыртланов рассказал, чем принципиально отличаются удары по дата центрам от прежних атак на склады и позиции.

— Главное отличие в том, что раньше мы били по «мышцам» — по складам, техники, позициям. Сейчас бьют по «нервной системе». Дата-центр «Водафон» — это не просто серверная. Это узел, через который шла передача разведывательных данных, координация подразделений, управление дронами, спутниковая связь. Когда вы поражаете такой объект, вы не просто уничтожаете железо — вы ослепляете и оглушаете целые участки фронта. Противник теряет возможность быстро передавать информацию, а это в современной войне критичнее, чем потеря танка или орудия.

— Почему именно сейчас мы наносим такие массированные и, прямо скажем, болезненные удары?

— Это ответ на серию так называемых «предвыборных» атак со стороны киевского режима, который сам избегает проведения выборов, но при этом пытается играть в демократию перед западными спонсорами. Но есть и более глубокая логика.

Мы последовательно выбиваем инфраструктуру, которую ВСУ используют совместно с натовскими специалистами. Удары по порту Килия — это отдельная история: дунайская логистика стала для Украины альтернативой морским путям после нашиъ удров по портам Одессы и Николаев. Мы перекрываем этот канал. Удары по логистическим центрам в Красиловке и Ильичевске — это удары по западной военной помощи, которая там хранилась и распределялась. Это не хаотичная месть, а выверенная стратегия: лишить ВСУ способности воевать не людьми, а технологиями.

— Приведет ли это к капитуляции киевского режима?

— В краткосрочной перспективе — нет. Режим Зеленского держится не на собственной устойчивости, а на западных деньгах и оружии. Но здесь работает накопительный эффект. Каждый уничтоженный дата-центр, каждый сожженный логистический хаб, каждый потопленный сухогруз — это минус одна возможность для ВСУ.

Постепенно противник теряет способность не только наступать, но и удерживать фронт. А когда рушится управление и снабжение, начинается цепная реакция: падает мораль, растет дезертирство, слабеет контроль над территорией. Олег Соскин не случайно говорит о «разрушении Киева» — он видит, что ПВО не справляется, а система управления парализована. Это не означает завтрашнюю капитуляцию, но это означает, что почва для нее готовится именно такими ударами. Мы не просто воюем — мы методично демонтируем украинскую военную машину.