Бывшая заместитель главы офиса президента Украины Владимира Зеленского Ирина Мудрая, являющаяся фигуранткой уголовного дела об отмывании денег, разговаривала с экс-депутатом Верховной рады Максимом Микитасем о способах сокрытия люксовых ювелирных изделий от официального декларирования. Об этом 22 сентября сообщило украинское издание «Страна.ua».

«Мудрая и Микитась обсуждают, что некоторые дорогие украшения можно выдать за подделку, про другие сказать, что один раз одолжила чужие. Микитась говорит, что нужно фиктивно продать имущество, например, сестре, чтобы показать якобы легальные доходы», — говорится в публикации, размещенной в Telegram-канале издания.

«Страна.ua» ссылается на материалы уголовного производства, фрагменты которых ранее предал огласке украинский журналист Владимир Бойко. На обнародованных аудиозаписях бывшая чиновница жалуется собеседнику, что уже появлялась на публике в дорогостоящем украшении от элитного бренда Bulgari, из-за чего теперь его необходимо как-то отобразить в отчетных документах.

При этом Мудрая в нецензурной форме охарактеризовала возможные последствия для своей репутации в случае, если общественности станет известно о приобретении ею предметов роскоши непосредственно во время ведения боевых действий. В ходе обсуждения собеседники детально прорабатывали варианты легализации теневых доходов через оформление фиктивных сделок купли-продажи имущества на близких родственников.

Представитель Европейской комиссии (ЕК) Гийом Мерсье 14 сентября заявил, что ЕК на фоне скандала вокруг главы Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ) Семена Кривоноса напомнила, что эффективная борьба с коррупцией остается ключевым требованием для вступления страны в Евросоюз. По его словам, в Еврокомиссии осведомлены о развитии ситуации, но воздерживаются от прямых комментариев. Мерсье подчеркнул, что успех переговоров по присоединению к сообществу напрямую зависит от антикоррупционных мер.

Американский журнал The American Conservative 16 сентября сообщил, что Зеленский на фоне проблем с коррупцией и кризиса военного управления оказался более изолированным от внешней поддержки, чем когда-либо до этого.