Читать ria.ru в

МОСКВА, 28 авг — РИА Новости, Андрей Коц. Сто пятьдесят один боевой корабль, 54 вспомогательных судна, 20 гражданских транспортов и десятки тысяч военнослужащих и гражданских — 85 лет назад советский Балтийский флот вышел из осажденного немцами Таллина в Кронштадт. Этот переход стал одной из самых трагических морских операций начала Великой Отечественной войны, но именно он сыграл решающую роль в последующей обороне Ленинграда. О событиях тех дней — в материале РИА Новости.

В 1941-м Таллин был главной базой Балтийского флота. Седьмого августа стремительно наступавшие германские войска вышли к Финскому заливу и перерезали сухопутные коммуникации с Ленинградом. Таллин защищали части 10-го стрелкового корпуса, подразделения НКВД, моряки, ополченцы и корабельная артиллерия. К двадцатым числам противник настолько приблизился, что получил возможность обстреливать порт и город.

Вопрос об отводе флота поднимался и раньше, но решение откладывалось. Советское руководство опасалось, что это откроет врагу путь в Финский залив и ослабит оборону на приморском направлении. Приказ о перебазировании поступил лишь 26 августа, и времени на полноценную подготовку уже не оставалось. Войска отходили к гаваням под огнем, одновременно велась погрузка людей, техники, боеприпасов и имущества. Объекты, которые нельзя было вывезти, уничтожались. Спешка, разрушение связи и артиллерийские налеты вносили дезорганизацию: одни транспорты оказались переполнены, другие ушли с неполной загрузкой, а часть защитников города вообще не успела попасть на суда.

Командующему флотом вице-адмиралу Владимиру Трибуцу предстояло вывести не только боевые корабли, но и десятки тихоходных транспортов. В море вышли 151 боевой корабль, 54 вспомогательных судна и 20 транспортов. По оценкам, на их борту находилось около 42 тысяч человек: экипажи, военнослужащие, гражданские лица, раненые, представители республиканских учреждений. Все разделили на отряд главных сил с крейсером "Киров", отряд прикрытия, арьергард и четыре конвоя. Но единым, хорошо управляемым соединением эта масса судов не была: они различались по скорости, мореходности, вооружению, степени загрузки и возможностям противовоздушной обороны.

Маршрут стал тяжелым компромиссом. Северный и южный пути пролегали слишком близко к береговым батареям противника, поэтому выбрали средний фарватер. Однако у мыса Юминда немцы и финны выставили смертельную преграду — около двух тысяч мин. Тральщиков не хватало, им мешали сильный ветер и волнение. Протраленная полоса получалась узкой; тихоходные и плохо управляемые транспорты сносило в сторону, где любое отклонение было чревато подрывом.

К погрузке приступили 27 августа, но первые суда покинули Таллин лишь днем 28-го. Вечером колонны достигли юминданского минного поля, и здесь развернулась главная катастрофа первого дня. Подрывы следовали один за другим: гибли транспорты, буксиры, вспомогательные и боевые корабли. В темноте, при плохой видимости и нарушенном строе экипажи часто не понимали, где безопасная полоса. Спасательные средства быстро переполнялись, а корабли, останавливавшиеся для подъема людей из воды, сами были уязвимы для мин. Показательна судьба миноносца "Скорый": он попытался взять на буксир поврежденный лидер "Минск", но сам подорвался, переломился пополам и затонул.

Двадцать девятого числа конвои атаковали люфтваффе. Погода улучшилась, и немецкая авиация действовала массированно. Боевые корабли, развив максимальную скорость, продолжили путь к Кронштадту, медленные транспорты и их непосредственное охранение отстали. Зенитные средства были слабы, боезапас ограничен, а постоянного истребительного прикрытия на всем маршруте не имелось. Немцы бомбили прежде всего крупные, перегруженные и маломаневренные суда. Погибли транспорты "Алев", "Балхаш", "Калпакс" и другие. На многих находились раненые, бойцы, тыловой персонал, женщины и дети. Потери на отдельных судах исчислялись сотнями и тысячами человек.

Экипажи спасали людей с тонущих кораблей, нередко рискуя собственными судами и задерживая движение. Значительную роль сыграли силы, развернутые у Гогланда: корабли и катера подбирали уцелевших, доставляли их на острова, а затем переправляли в Кронштадт. Только 29 августа спасли более трех тысяч человек. Морякам приходилось и отражать атаки, и бороться за живучесть вымпелов, принимать на борт раненых и обессилевших людей, поддерживать порядок среди пассажиров и продолжать движение через минные поля.

Основные силы флота прибыли в Кронштадт 30-го. Главная стратегическая задача — сохранение боевого ядра КБФ — была выполнена. Удалось вывести крейсер "Киров", значительную часть эсминцев, подводных лодок, тральщиков, торпедных катеров и кораблей охранения. Впоследствии они участвовали в обороне Ленинграда: поддерживали войска артиллерийским огнем, обеспечивали коммуникации, тралили фарватеры и ограничивали действия противника в восточной части Финского залива. Вместе с флотом в Ленинград были эвакуированы тысячи бойцов — важное пополнение гарнизона города.

Но за это заплатили исключительно высокую цену. Из 225 вышедших из Таллина кораблей и судов Кронштадта достигли 163; погибло 62 единицы, включая 19 боевых кораблей, 25 вспомогательных судов и 18 транспортов. Людские потери точно не известны: по разным оценкам, от 7-10 до более 15 тысяч погибших.

Таллинский переход нельзя считать ни поражением, ни победой. Это операция, в которой стратегически важная цель была достигнута за счет огромных и во многом предотвратимых потерь. Тут и героизм моряков, и тяжелые просчеты первых месяцев войны: запоздалое решение об эвакуации, недостаток тральных сил, слабое прикрытие транспортов, трудности управления разнородной группой судов. Но эта операция во многом способствовала тому, что Ленинград устоял, а силы Балтийского флота сохранили боеспособность и продолжили войну на море.