К рубежу нашей эры сравнительно полное представление об этнической карте Северного Кавказа имели Страбон, Плиний Старший и Клавдий Птолемей. Теперь, кроме традиционно подробной панорамы меотских племен Северо-Западного Кавказа, становятся известны многие детали, касающиеся населения иных областей региона.

Фактически безымянными продолжают оставаться горские племена «самых высоких частей подлинного Кавказа», т. е. между Эльбрусом и Казбеком. О них сообщается, что живут они за счет скотоводства, охоты и собирания дикорастущих плодов. Подчеркивается суровость климата их страны, сложность общения с внешним миром и многоплеменность («все они говорят на разных языках, так как живут разбросанно, не вступая между собой в сношения...» 12). Тем не менее многие из них «сходятся в Диоскуриаду» для меновой торговли, т. е. поддерживают взаимоотношения с античным и иным населением Черноморского побережья. Страбон свидетельствует также о «соседстве и родстве» горских обитателей Центрального Кавказа «скифам и сарматам», что приводит к союзничеству между ними «в случае какой-нибудь тревоги» 13.

Плиний Старший и Клавдий Птолемей упоминают некоторые из племен кавказского высокогорья, но лишь редкие из них могут быть сравнительно твердо локализованы и сопоставлены с конкретными из позднейших этнических групп Осетии и Чечено-Ингушетии («талы» — двалы, «аккисы» — аккинцы, «соды» — садои и т. д.). По-прежнему использовался Дарьяльский проход — важная дорога через Центральный Кавказ.

В предгорьях, лежащих севернее и имеющих «более умеренный климат, так как они соприкасаются уже с равнинами сираков», отмечены некоторые «троглодиты» (пещерники), «полифаги» (многоеды), а также «заметиты» и «исадики», живущие в селениях и успешно занимающиеся земледелием. «У них уже и хлеб родится в изобилии» 14. Местонахождение их окончательно не выяснено.

Где-то к северу от восточных отрогов Кавказа локализуются «гаргареи», название которых, возможно, относится к группе родственных племен вайнахско-дагестанского круга.

Еще дальше к северу, уже на «сиракских равнинах», обитали «кочевники» — набианы и панксаны (этническая атрибуция которых неопределенная), после которых Страбон называет «племена сираков и аорсов» с указанными в предыдущем параграфе координатами размещения.

Чрезвычайная пестрота населения фиксируется и на Северо-Восточном Кавказе, и в Восточном Закавказье. Среди племен Кавказской Албании у Страбона известны лупении, обитавшие по южным склонам Большого Кавказа, а также гелы, леги, дидуры, населявшие горные районы и предгорья Дагестана, и др. 15

Часть прикаспийских аорсов осела на равнине, прилегающей с севера к Дербентскому проходу, и смешалась с обитавшими тут удинами-утиями. Плиний называет их утидорсами 16.

Цитируется по изд.: История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в. Отв. ред. Б.Б. Пиотровский. М., 1988, с. 84.

Примечания

12. Страбон. XL IV. 1—S; V, 6: ВДИ. 1947. № 4. С. 219—225.

13. Там же.

14. Страбон. XI, V. 7; ВДИ. 1947. № 4. С. 224.

15. Тацит. Анналы, VI, 33 (Далее: Тацит) ВДИ. 1949. № 3. С. 210.

16. Плиний Старший. Естественная история. IV, 38 // ВДИ. 1949. №2. С. 302.