Дистрибуция таких международных брендов, как Lumileds, была для нас важным этапом. До 2022 г. это был не просто прибыльный бизнес, но и школа профессионального роста. Глобальные вендоры выстроены системно: они защищают дистрибьюторов, обучают, делятся опытом. Работа с их инженерными и продуктовыми командами дала нам понимание лучших мировых практик. И, что важно, мы сохранили с ними дружеские партнерские отношения, что осталось за скобками политики и санкций.

Однако с 2022 г. ландшафт изменился кардинально. На смену европейским и американским производителям пришли китайские. Мы столкнулись с другой бизнес-культурой: сегодня ты вкладываешься в продвижение их бренда, а завтра они выходят на твоих клиентов напрямую, не считая это нарушением этики. Just business, как говорится.

Пару раз мы очень больно обожглись с силовой электроникой, и сделали для себя вывод, что вкладываться в развитие чужих брендов мы не будем.

Знаете, говорят: «У России есть только два союзника – армия и флот». У «Триона» союзник один – собственный бренд. Всё, что мы развиваем, должно работать на нас и на наших клиентов, а не на чужие капитализации.

Мы являемся членами АПСС и АРПЭ. Это участие для нас – осознанная стратегическая позиция.

В текущих условиях, когда отрасль сталкивается с нормативными вызовами, проектным голодом и внешним давлением, разобщенность становится роскошью, которую мы не можем себе позволить. Только через отраслевые объединения можно эффективно доносить позицию бизнеса до регуляторов, защищать интересы производителей и формировать цивилизованные правила рынка.

Мы вступили в ассоциации не для формального присутствия, а для реальной работы, потому что убеждены: будущее за консолидацией. Вместе мы способны не только адаптироваться к сложностям, но и формировать повестку развития светотехнической отрасли в России.

«Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения» – со времен Салтыкова-Щедрина мало что изменилось. Да, мы обладаем статусом российского производителя, но практика последних лет показывает: импортозамещение в радиоэлектронике часто сводится к замене европейских компонентов китайскими. Структура рынка изменилась, но глубина локализации остается невысокой.

Законодательные стимулы, к сожалению, работают не в полную силу. Чтобы получить налоговые преференции, необходимо соблюдать ковенант по доле выручки от продукции, произведенной в России. Мы ведем прозрачный учет и разделяем товарные потоки на OEM-изделия, собственные разработки, произведенные в Китае, и полностью российскую сборку. Пока доля последней не достигает требуемых 70%. Мы сознательно ищем баланс между ценой, качеством и локализацией, и этот баланс часто смещен в сторону первых двух критериев.

Возможно, ситуация изменится с введением цифровой маркировки с 1 мая 2026 г. Прозрачность рынка может повысить спрос на легальную российскую продукцию. Рассчитываем, что в 2026 г. мы сможем приблизиться к целевым показателям и в полной мере реализовать преимущества статуса российского производителя.

Конкуренция с производителями из Юго-Восточной Азии, прежде всего из Китая, предельно высока. И мы объективно проигрываем по ряду экономических параметров.

Налоговая нагрузка на фонд оплаты труда в Китае не превышает 10%. У нас она существенно выше. Мы платим таможенные пошлины при ввозе компонентов, тогда как на готовые источники питания пошлины отсутствуют. Китайские производители имеют доступ к программам господдержки, включая прямые компенсации инвестиций в производство. Российские компании таких механизмов лишены.

Но, знаете, я не считаю это недобросовестной конкуренцией. Это их правила игры, они законны. Китайские фабрики пользуются преимуществами, которые создало им их государство. Претензий к ним у меня нет.

Гораздо больше вопросов у меня к импортерам, которые, пользуясь этим ценовым разрывом, не платят налогов, не обеспечивают постпродажную поддержку и создают неравные условия для добросовестных участников рынка.

Входной контроль комплектующих – обязательный элемент нашей системы менеджмента качества. Мы применяем единые методики на всех производственных площадках вне зависимости от их локализации.

Что касается санкционных рисков, мы провели системную работу заблаговременно. Еще в 2020–2021 гг., столкнувшись с перебоями поставок от западных вендоров из-за ковидных ограничений, мы полностью переориентировались на китайскую и российскую компонентную базы. В 2022–2023 гг. этот опыт уже помогал нашим партнерам из смежных отраслей электроники переводить свои изделия на азиатскую элементную базу – задача, требующая глубокой переработки и невозможная без поддержки производителя.

Риск контрафакта для нас минимизирован прямыми контрактами с производителями. Но ключевая задача входного контроля – не столько выявление подделок, сколько обеспечение повторяемости параметров. Это критически важно для силовой электроники, где схемотехника находится в большой зависимости от физических свойств компонентов.

Пример: электролитические конденсаторы мы уже 10 лет заказываем у одного поставщика по индивидуальному техническому заданию с жестко фиксированными допусками. Периодически мы возвращаем партии, если параметры не совпадают. Да, эта мера увеличивает сроки и стоимость. Цена же, которую мы платим за репутацию, нас полностью устраивает.