Во время осмотра кабинета находят обычную тетрадь.

Внутри — фамилии сотрудников, даты и суммы. Рядом с официальной зарплатой стоят другие цифры: «на руки», «остаток», «премия», «касса».

Директор объясняет, что впервые видит эту тетрадь. Главный бухгалтер говорит, что записи делались для внутреннего контроля и не относятся к зарплате. Кассир вспоминает, что выдавал деньги по устному распоряжению руководителя.

Через несколько недель тетрадь, банковские выписки, видео и показания сотрудников оказываются частями одной версии: компания официально показывала только часть зарплаты, а остальное выдавала наличными.

Из моего опыта защиты и анализа материалов множества уголовных дел следует важный вывод: «зарплату в конвертах» редко доказывают одной ведомостью или показаниями одного обиженного работника. Проверяющие собирают цепочку взаимно дополняющих сведений.

Первым сигналом необязательно становится жалоба сотрудника.

Внимание ФНС могут привлечь:

— зарплата ниже МРОТ или среднеотраслевого уровня;

— резкое сокращение официального фонда оплаты труда;

— большое количество работников с неполной занятостью;

— регулярное снятие наличных денег;

— несоответствие численности персонала объёму деятельности;

— массовое привлечение самозанятых к работе, имеющей признаки трудовых отношений;

— расхождения между расчётом по страховым взносам, 6-НДФЛ, банковскими операциями и фактической деятельностью компании.

ФНС продолжает работу по легализации неформальной занятости. В 2026 году налоговые органы отдельно обращают внимание на зарплату ниже установленного минимума и существенно ниже регионального отраслевого уровня.

Однако низкая зарплата сама по себе ещё не доказывает выплату денег в конверте. Это повод задать вопросы и запросить документы. Доказательства появляются позднее — при сопоставлении разных источников.

1. Неофициальные ведомости и тетради

Записи с фамилиями и суммами часто становятся отправной точкой проверки.

Но сама тетрадь без установленного автора, периода ведения и связи с реальными выплатами ещё ничего окончательно не доказывает. Поэтому выясняют, кто делал записи, где находилась тетрадь, кому она была доступна, совпадают ли суммы с датами снятия наличных и подтверждают ли работники получение указанных денег.

Опасность начинается тогда, когда записи совпадают с другими доказательствами.

2. Снятие наличных и движение денег

Проверяющие сопоставляют дни выдачи зарплаты с получением наличных со счёта компании.

Само снятие денег законно. Наличность могла использоваться для хозяйственных расходов, командировок или расчётов с поставщиками.

Проблема возникает, если компания не может документально подтвердить дальнейшее расходование денег, а даты и суммы совпадают с неофициальными зарплатными ведомостями.

Особенно плохо выглядит ситуация, когда деньги снимаются регулярно, примерно в одни и те же дни, а соответствующие расходы отсутствуют в бухгалтерском учёте.

3. Видео и электронные пропуска

Видео редко доказывает размер неофициальной зарплаты. Но оно может подтвердить сам механизм выдачи денег.

Например, сотрудники по очереди заходят в кабинет кассира, выдача происходит в определённые дни после снятия наличных, в офис приезжает человек, получающий деньги в банке, а работники расписываются в документе, которого нет в официальной бухгалтерии.

Дополнительно могут анализироваться данные электронных пропусков, журналы посещения и записи с камер.

Видео становится опасным не само по себе, а в сочетании с показаниями людей, банковскими операциями и найденными записями.

4. Показания сотрудников

Следователь или оперативник обычно задаёт работникам не один прямой вопрос: «Получали зарплату в конверте?»

Сначала уточняют, какая сумма обсуждалась при трудоустройстве, сколько было указано в договоре, сколько фактически поступало на карту, выдавались ли дополнительные деньги наличными, где и кем они передавались, расписывался ли сотрудник в отдельной ведомости и кто сообщал размер выплаты.

Затем показания разных работников сопоставляют.

Если десять человек независимо описывают одинаковый порядок, называют одни дни и одних участников, защите уже недостаточно заявить, что все сотрудники ошибаются или оговаривают работодателя.

Но показания также подлежат проверке. Необходимо учитывать конфликты, увольнение, трудовые споры, личную заинтересованность и то, откуда человеку известны сообщаемые обстоятельства.

5. Переписка и рабочие чаты

Фразы «сколько на карту, сколько наличными», «подготовьте конверты», «остаток выдадим в пятницу» могут получить совершенно иное значение после начала проверки.

Изучаются не отдельные слова, а весь контекст: кто участвовал в переписке, кому направлялись таблицы, кто согласовывал суммы, совпадают ли сообщения с реальными выплатами и можно ли установить отправителя и устройство.

Удаление переписки после появления интереса проверяющих не решает проблему. Копии могут сохраниться у других участников, на устройствах или в материалах компьютерного исследования.

6. Данные 1С и история файлов

Удалённый документ не всегда перестаёт существовать.

Проверяющие могут обнаружить несколько версий зарплатной таблицы, файлы с названиями «реальная зарплата» или «на руки», выгрузки из 1С, резервные копии, сведения об авторе и времени изменения документа, а также переписку, к которой прикреплялась таблица.

Следствие интересует не только содержание файла, но и то, кто его создал, изменял, распечатывал и направлял другим лицам.

7. Распределение ролей между директором и главбухом

На этом этапе хозяйственная проблема начинает превращаться в персональный уголовно-правовой риск.

Директора спрашивают, кто рассчитывал зарплату, готовил ведомости и сообщал сумму наличных. Главбуха — кто устанавливал размер выплат, давал распоряжение снять деньги и утверждал итоговый реестр.

Нередко директор заявляет, что финансами полностью занимался главный бухгалтер. Главбух отвечает, что только исполнял решения директора.

Такие показания не доказывают вину автоматически. Но они позволяют следствию выстроить предполагаемое распределение ролей и проверить его по переписке, документам, электронной подписи, банковским операциям и показаниям сотрудников.

Для предварительного сговора недостаточно общей осведомлённости. Необходимо доказать предварительную договорённость, общий умысел и совместное участие. Однако неточные первоначальные показания директора и главбуха могут стать основой, на которой следствие будет пытаться построить такую версию.

Налоговое доначисление ещё не означает автоматического возбуждения уголовного дела.

Для ответственности по статье 199 УК РФ необходимо установить умышленное уклонение организации от уплаты налогов или страховых взносов предусмотренным законом способом и в установленном размере.

Отдельно оценивается возможное неисполнение обязанностей налогового агента по НДФЛ. Статья 199.1 УК РФ требует, помимо крупного размера, установить личный интерес лица.

Верховный суд подчёркивает, что вывод о налоговом преступлении должен основываться на совокупности доказательств. Ими могут выступать налоговая отчётность, документы, акты проверок, экспертные заключения и другие материалы. Ни решение налогового органа, ни отдельная запись, ни одни показания сами по себе не предрешают вопрос о виновности.

УБЭП может проводить оперативно-разыскные мероприятия и участвовать в проверке материалов, но решение о возбуждении уголовного дела принимает уполномоченное процессуальное лицо.

Если возникли вопросы о неофициальной занятости или зарплате, нельзя начинать с уничтожения таблиц, исправления переписки и оформления документов задним числом.

Необходимо:

1. Установить, какие выплаты фактически производились сотрудникам.

2. Сопоставить трудовые договоры, ведомости, 6-НДФЛ, расчёты по страховым взносам и банковские операции.

3. Определить происхождение каждой неофициальной таблицы или тетради.

4. Проверить, кто принимал решения о размере выплат, а кто только выполнял технические действия.

5. Сохранить документы и электронные данные в неизменном виде.

6. Не проводить общий инструктаж работников о том, какие показания им следует давать.

7. До объяснений, опросов и допросов оценить, не возник ли конфликт между интересами компании, директора и главного бухгалтера.

Главная ошибка — считать, что отсутствие официальной ведомости означает отсутствие доказательств.

Следствие может восстановить предполагаемую систему выплат по частям: одна тетрадь, несколько снятий наличных, видео из коридора, переписка и показания работников. Задача защиты — не спорить с каждым элементом изолированно, а проверить, действительно ли эти элементы образуют единую и достоверную картину.

Иногда тетрадь — это просто тетрадь. Но если её цифры совпали с банком, видео и словами сотрудников, объяснять придётся уже не записи, а всю систему движения денег.

Нормативные положения проверены по состоянию на 24 августа 2026 года. Практические выводы основаны на личном опыте автора и анализе материалов уголовных дел. Материал носит информационный характер и не заменяет правового анализа конкретной ситуации.

Источники: статья 199 УК РФ; статья 199.1 УК РФ; Постановление Пленума Верховного суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48; официальные материалы ФНС России о легализации трудовых отношений и неформальной занятости.