Верховный суд РФ (ВС) запретил рассчитывать размер компенсации за незаконное использование фотографии исходя из цены передачи права на другие снимки того же автора, сделанные на том же оборудовании. Разъяснение касается споров, в которых истец решил взыскивать не фиксированную сумму компенсации, а двукратную стоимость прав на использование изображения. В случае, если стоимость прав на конкретную фотографию не определена, иск подлежит отклонению, признал ВС. Юристы полагают, что эта позиция ужесточает подход по отношению к правообладателям и создает для них больше рисков. Вместе с тем эксперты отмечают, что вступившие в силу в январе поправки позволят судам в будущем действовать более гибко.

ВС рассмотрел спор о взыскании компенсации за незаконное использование чужой фотографии. Дмитрий Мельников, автор снимка, на котором был изображен термометр, в августе 2023 года передал права на изображение в доверительное управление ООО Ю1.

Компания должна была отслеживать нарушения, направлять претензии и привлекать к ответственности. В 2024 году Ю1 обнаружила, что фото термометра использовало ООО «Дальневосточный Медиа Центр» (ДМЦ) на своем сайте. Доверительный управляющий направил нарушителю претензию.

Ст. 1301 Гражданского кодекса РФ (ГК) позволяет правообладателю вместо взыскания убытков требовать компенсацию за нарушение исключительного права на произведение. Норма предусматривает три варианта расчета возмещения, причем позволяет истцу выбрать только один: либо фиксированную сумму в размере от 10 тыс. до 10 млн руб. (от 10 тыс. до 5 млн руб. до 4 января 2026 года), либо двукратную стоимость контрафактных экземпляров, либо двукратную стоимость права использования произведения, взимаемую при сравнимых обстоятельствах.

Ю1 в этом споре выбрала третий способ, потребовав 76,6 тыс. руб.— двукратную стоимость прав на использование изображения. За основу компания взяла среднюю стоимость лицензии на другие снимки Дмитрия Мельникова («Рубли и доллары», «Ампула Спутник», «Электронная трудовая книжка»). Цена права пользования этими фотографиями варьировалась от 35 тыс. до 45 тыс. руб. ДМЦ платить отказался, и разногласия перешли в судебную плоскость.

Арбитражные суды трех инстанций удовлетворили иск, но снизили сумму возмещения до однократной стоимости прав, взыскав с ответчика 38,3 тыс. руб. с учетом «принципов справедливости, равенства и соразмерности». В судебных актах говорилось, что лицензионных договоров на другие изображения для расчета достаточно, поскольку они были сделаны тем же автором на том же оборудовании при сравнимых трудозатратах.

ДМЦ не согласился с таким исходом спора и обратился в ВС. Ответчик в том числе заявлял, что стоимость права на конкретное фото нельзя определять через цены на другие снимки, поскольку их художественная ценность может существенно различаться. Дело передали в экономколлегию, которая отменила решения нижестоящих судов.

В своем решении, опубликованном 19 августа, коллегия судей указала, что Ю1 выбрала специальный способ расчета компенсации за нарушение — двукратную стоимость права использования произведения.

По мнению ВС, этот вариант защиты прав предполагает, что нужно подтвердить цену на этот конкретный снимок термометра, а не иные работы автора. То есть истец должен был предоставить лицензионные соглашения по этому изображению или сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах взимается за правомерное использование именно защищаемой фотографии.

«Само по себе единство авторства, создание фотографий на одном оборудовании и при сравнимых трудозатратах не свидетельствуют о равной стоимости прав использования различных произведений»,— подчеркнул ВС. Определять компенсацию на основе «абстрактной, усредненной или произвольно назначенной автором стоимости» нельзя, пояснила экономколлегия, а поскольку истец сам выбрал такой способ расчета, он взял на себя «риски отказа при недоказанности исходной расчетной величины». В итоге ВС полностью отклонил иск.

Решение ВС закрепило более строгий подход в практике, констатирует советник практики интеллектуальной собственности «Меллинг, Войтишкин и партнеры» Юрий Яхин. При расчете компенсации в размере двукратной стоимости прав истцу требуется принести лицензионный договор на конкретный объект или просить суд привести экспертизу, поясняет он. Однако при небольшой сумме иска привлекать эксперта бессмысленно, а лицензии именно на этот снимок у истца не оказалось, отмечает господин Яхин.

Партнер юрфирмы «АНП Зенит» Рамис Абянов добавляет, что решение ВС позволяет приводить «сведения о цене», а не только договор на тот же кадр. По его мнению, логика экономколлегии в том, что сопоставимость снимков нужно обосновывать не общим авторством, а ценообразующими критериями: сюжетом, востребованностью, тарифным сегментом. Две фотографии одного автора, снятые в одной технике и с одинаковыми трудозатратами, могут иметь совершенно разную коммерческую ценность в зависимости от сюжета, качества, уникальности или востребованности конкретного кадра, добавляет юрист Forward Legal Валерия Кузнецова.

Вывод ВС о том, что истец сам несет риски отклонения его требований, выбирая такой способ расчета компенсации, привел к довольно жесткому результату, отмечают юристы.

Подать новый иск Ю1 уже не сможет, объясняет госпожа Кузнецова: практика исходит из того, что использование другого метода расчета не меняет предмет и основание иска, поэтому повторное требование суд сочтет тождественным и дело будет прекращено. В итоге получается, что даже при установленном факте нарушения ошибка в выборе способа расчета или недостаточность доказательств стоимости на конкретный объект фактически могут лишить правообладателя возможности получить денежную компенсацию вообще, резюмирует Валерия Кузнецова.

Между тем вступившие в силу 4 января 2026 года поправки к ГК позволяют суду по своей инициативе изменить выбранный истцом расчет компенсации, указывает Рамис Абянов. Они не имеют обратной силы и не применимы к делам, в которых нарушение произошло до этой даты, уточняет Юрий Яхин. Но теперь при недоказанности ценника на конкретное фото суд сможет поменять вид компенсации на фиксированную сумму и проблема должна исчезнуть, надеется господин Яхин.

Ян Назаренко, Анна Занина