23 июля 2026 года Совет ЕС принял 21-й пакет санкций против России – крупнейший за последние четыре года: 218 новых позиций, из них 48 физических и 170 юридических лиц. Прошлый пакет в мае закрыл саму Россию как крипто-юрисдикцию. Новый пакет бьет по обходным маршрутам за пределами страны и впервые в истории санкционной политики ЕС дает Совету право оградить целую страну от европейской крипто-инфраструктуры, а не отдельную платформу.

Что изменилось в логике санкцийЮ

Председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен 9 июня 2026 года на презентации пакета предложила полный запрет крипто-услуг для операторов из третьих стран, помогающих России обходить санкции — 23 июля это предложение было дополнено списком уже конкретных юрисдикций

Технически механизм оформлен как новое приложение к регламенту ЕС 833/2014. Транзакционный запрет распространяется на 14 крипто-сервисных площадок, зарегистрированных в Грузии, Панаме, ОАЭ, на Маршалловых островах, в Кыргызстане и Беларуси. Среди них — биржи HTX (бывшая Huobi), EXMO, BitPapa, WhiteBird и Rapira.

Еще Совет добавил 4 новые позиции, связанные с кыргызстанской крипто-биржей A7, включая ее африканские связи. A7 — фактическая перевалочная база между российскими и мировыми контрагениами, которую ограничили в работе 20-м пакетом санкций.

Примечательно, что ноу-хау пакета санкций — право ЕС «забанить» целую юрисдикцию — пока не работает. Список таких юрисдикций пуст.

Что еще изменилось

• В санкционном списке теперь заместитель председателя Промсвязьбанка Михаил Дорофеев – санкции введены за содействие созданию и работе рублевого стейблкоина A7A5 Ранее, летом 2025 года, персональные санкции Британии уже коснулись Леонида Шумакова, названного руководителем проекта A7A5.
• Заморозка активов 94 банков и новый удар по банкам-посредникам. Среди попавших под санкции есть 33 российских организаций – Россельхозбанк, «МТС Банк», банк для предпринимателей «Точка» и Московская биржа.
• Впервые транзакционный запрет введен и против банка-посредника за пределами России – кыргызского банка, связанного с СПФС (Система передачи финансовых сообщений – российский аналог SWIFT), – и еще трех некыргызских банков, санкционированных именно за содействие обходу ограничений.
• Отдельным решением Совета ЕС, вступившим в силу 24 июля 2026 года, гражданам и резидентам Беларуси с 25 августа 2026 года запрещено владеть, контролировать или занимать руководящие должности в компаниях из ЕС, работающих по лицензии MiCA (регламент ЕС о рынках криптоактивов). Ранее запрет касался только кастодиальных и кошельковых сервисов, теперь – вообще всех категорий крипто-услуг, определенных MiCA.

Как устроена сеть A7A5 – и что здесь важно уточнить

A7A5 – рублевый стейблкоин 1:1, эмитированный кыргызской компанией Old Vector и обеспеченный депозитами в Промсвязьбанке – российском госбанке, финансирующем оборонный сектор и находящемся под санкциями США, Британии и ЕС. За A7 стоит структура, связанная с молдавским олигархом Иланом Шором, заочно осужденным на родине за хищение около миллиарда долларов из банковской системы страны — подробно о бизнес-империи Шора можно почитать тут. Через A7A5 за первые четыре месяца работы прошло 9,3 млрд долларов, а совокупный объем транзакций к середине 2026 года, по оценке Chainalysis, достиг 119,7 млрд долларов.

Вопреки распространенному тезису о том, что A7A5 в принципе не может быть заморожен, официальная техническая документация токена прямо описывает функции блокировки адресов и уничтожения заблокированных средств – то есть смарт-контракт технически содержит механизм заморозки, аналогичный тому, что использует Tether. 

Проблема для санкционных органов ЕС и США в том, что ключи, управляющие блокировкой, находятся у эмитента – кыргызской Old Vector, – а не у западных регуляторов, и эмитент, разумеется, не намерен ей пользоваться против собственной схемы. Токен работает на двух блокчейнах – Ethereum и TRON, что дает пользователям запасной маршрут при усилении контроля за одной из сетей.

Схема обхода санкций выглядела так: биржа Grinex в Кыргызстане (наследница закрытого в 2025 году Garantex) обслуживает основной объем торгов A7A5, а платформу Meer администрирует бишкекская компания TengriCoin, которая попала под 20-й пакет санкций ЕС еще 23 апреля 2026 года именно за эти операции – тогда же под санкции попал Кыргызстан по линии содействия обходу ограничений. 

Теперь, когда европейская сеть заблокирована и в Кыргызстане, и частично в Африке, у операторов A7 остаются менее очевидные хабы – ОАЭ, Турция, Казахстан, – которые прямо называются потенциальными кандидатами на будущую активацию нового странового инструмента.

Реальные риски для тех, кто донатит, и тех, кому донатят

• Расширение зоны «токсичных» юрисдикций. До сих пор проблемной считалась Россия, с мая — Кыргызстан. Теперь под пристальным вниманием регуляторов также Грузия, Панама, ОАЭ, Маршалловы острова и Беларусь. Обменники и P2P-платформы, зарегистрированные там, формально не запрещены для доноров, но их контрагенты могут в любой момент попасть в санкционный список.
• Риск для тех, кто уже использовал кыргызскую инфраструктуру. Давление на нее нарастает волнами: сначала санкции против Meer.kg и TengriCoin в апреле 2026 года, теперь – новые ограничения против сети A7 в июле.
• Непредсказуемость странового инструмента. Список стран под полным запретом сейчас пуст, а значит невозможно заранее знать, какая юрисдикция окажется следующей. Донорам, выстроившим цепочку через конкретную страну, какой бы безопасной она ни казалась, стоит иметь запасной маршрут.

Что продолжает работать Для доноров вне России:

• Bitcoin (BTC) и Ethereum (ETH). Принимаются на крупных биржах за пределами ЕС при условии, что в истории транзакций нет связей с российскими сервисами или сетью A7.
• USDC. Остается менее подвержен риску «загрязнения» по сравнению с USDT, но действует в рамках американского регулирования.
• DAI. Децентрализованный стейблкоин без единой точки заморозки – разумная альтернатива для диверсификации.

Для доноров из России:

• BestChange и проверенные P2P-обменники. Продолжают работать, но выбор конкретного обменника требует большей осторожности.
• Некастодиальный кошелек и малые суммы. Минимизация цифрового следа остается базовой практикой безопасности при любых операциях внутри страны.

Стоп-лист: что не использовать

• A7A5, RUBx, цифровой рубль – под санкциями ЕС.
• HTX, EXMO, BitPapa, WhiteBird, Rapira и остальные площадки из списка 14 – под транзакционным запретом ЕС с 23 августа 2026 года.
• Grinex, Garantex, Old Vector, TengriCoin, платформа Meer – под санкциями США, ЕС и Великобритании.
• A7 Nigeria, A7 Africa – под санкциями ЕС с 23 июля 2026 года.
• Любые новые сервисы, зарегистрированные в Грузии, Панаме, ОАЭ, на Маршалловых островах, в Кыргызстане и Беларуси – требуют дополнительной проверки на связь с сетью A7 перед использованием.

На что еще стоит обратить внимание

• Транзакционные запреты по 21-му пакеиу вступают в силу 23 августа 2026 года. Заморозка активов действует с момента принятия пакета – с 23 июля.
• Механизм полного странового запрета пока не активирован и непонятно, когда и против кого он может быть активиролван.
• Правоприменительная практика по 20-му пакету (полный запрет российской крипто-инфраструктуры с 24 мая 2026 года) продолжает складываться – банки и биржи по всему миру только выстраивают процедуры скрининга под новые требования.

Российские власти в то же время создают свою зарегулированную систему рассчета в криптовалютах внутри страны. 21 июля 2026 года Госдума приняла во втором и третьем чтении закон «О цифровой валюте и цифровых правах» (№1194918-8), который легализует криптовалюту как имущество и разрешает расчеты в криптовалюте для внешней торговли через лицензированных посредников. Подробнее о том, чем опасен этот закон как и ряд других новых правил и ограничений в РФ — в нашей прошлой рассылке.