60 лет назад, 20 августа 1966 года, на свет появился один из символов России. Неофициальный, конечно. Хотя это как посмотреть. Потому что «неизвестное науке существо» по имени Чебурашка довольно близко к тому, чтобы обрести официальный статус, недаром же оно четырежды было талисманом Олимпийской сборной России.

Талисман олимпийской сборной России — Чебурашка. Фото: РИА Новости/ Сергей Киврин, Андрей Голованов

Единственное, что здесь вызывает некоторые вопросы, так это точность определения даты рождения героя. Конкретное число и год были названы писателем и сценаристом Эдуардом Успенским. С одной стороны, создателю Чебурашки, конечно, виднее, когда именно появился его персонаж. С другой стороны, очевиден формальный подход — Эдуард Николаевич просто приурочил появление Чебурашки на свет к публикации своего первого прозаического произведения, где тот фигурировал.

И вот тут возникает вопрос первый. Да, книга Успенского действительно вышла 20 августа 1966 года. Но вот называлась она «Крокодил Гена и его друзья». Можно заметить, что имени Чебурашки в заглавии нет. Главный герой — Крокодил Гена. А «неизвестное науке существо» проходит по разряду друзей главного героя. То есть это явно второстепенный герой, один из массовки, наряду со львом Чандром, девочкой Галей, псом Тобиком, жирафом Анютой и многими другими.

Куклы — персонажи Крокодил Гена и Чебурашка из серии мультфильмов про Чебурашку в музее «Союзмультфильма». Фото: РИА Новости/ Илья Питалев

Понимал ли тогда сам Успенский, какая судьба ожидает Чебурашку? Вряд ли. Да, его дебютная книга вышла тиражом в 100 тысяч экземпляров. Но это только по нынешним временам кажется какой-то запредельной величиной. В СССР стотысячный тираж считался чуть выше среднего, о чём прекрасно написали братья Стругацкие в своём романе «Хромая судьба». Там главный герой, писатель Феликс Сорокин, покрывается холодным потом от мысли, что его сокровенное, выстраданное, главное произведение могут издать подобным тиражом: «Крепенькие и кругленькие 90 тысяч, означающие, что Синюю Папочку благополучно приняли, благополучно вставили в план, и выскочила она из печатных машин, чтобы осесть на полках районных библиотек рядом с прочей макулатурой, не оставив о себе ни следов, ни памяти…»

Так что никакого рождения национального героя в 1966 году не было. На свет тогда появился второстепенный персонаж проходной книги, таких в каждой дюжине двенадцать, тут и говорить нечего.

На киностудии «Союзмультфильм» в Москве. Логотип киностудии. 1975 г. Фото: РИА Новости/ Юрий Абрамочкин

Возлагал ли Успенский какие-то надежды на экранизацию? А вот тут уже другой коленкор. С одной стороны, его сценарий попал в Объединение кукольных фильмов киностудии «Союзмультфильм». То есть ничего хорошего ему не светило — в лучшем случае дела обстояли бы так же, как с книгой. В худшем же потенциальная аудитория могла мультфильм и возненавидеть. Думаю, многие люди моего поколения, отмечавшие карандашиком в газетной программе телепередач слово «Мультфильмы», скрещивали пальцы и повторяли про себя: «Только бы не кукольные! Только бы не кукольные!» Потому что очень часто были они с точки зрения ребёнка тусклыми, нудными и вообще безнадёжными. Исключения, разумеется, случались. Но их и в целом-то насчитывалось немного. А такие случаи, чтобы мультик получил продолжение и стал культовым, можно и вовсе сосчитать по пальцам. Это циклы «38 попугаев», «Самый маленький гном», «Дядюшка Ау» и «Домовёнок Кузя», а также недотянувший до полноценного цикла мини-сериал из двух частей про Чертёнка номер 13.

И вот тут литературному папе Чебурашки невероятно повезло. Цикл мультфильмов с его героем не просто занимает место в этом почётном ряду, он его открывает. Первый кукольный мультфильм, который назывался так же, как и дебютная книга Успенского, вышел на экраны в 1969 году. Именно он совершил феерический прорыв, а другие кукольные серии шли по его стопам.

Говорят, что у каждой аварии есть имя и фамилия. То же самое касается и триумфов. Одно имя мы уже знаем. В 1969 году к нему добавились ещё два — режиссёр Роман Качанов, двумя годами ранее выпустивший безусловный кукольный шедевр, мультик «Варежка». И художник-постановщик Леонид Шварцман, к имени которого очень даже можно приставить эпитет «великий». Потому что именно Шварцман и создал тот самый образ Чебурашки, ставший каноном.

Художник-постановщик фильмов о Чебурашке Леонид Шварцман. Фото: РИА Новости/ Владимир Родионов

Но даже на этом этапе до национального символа было ещё далеко. Да, новый образ «неизвестного науке существа» оказался настолько милым и располагающим к себе, что Чебурашка уже со второго мультика серии властно подвинул всех остальных и, вопреки всем законам, стал главным героем цикла. Не полюбить его было невозможно — даже малыши, ещё толком не умеющие говорить и не понимающие, что к чему, интуитивно тянулись к этому ушастому и пушистому. Взрослея, эти дети, то есть мы с вами, пересматривая этот мультфильм — уже со своими детьми, а то и с внуками — уже могли оценивать поступки и слова Чебурашки.

И вот тут-то произошёл тот самый переход. Чебурашка стал нашим символом неспроста. Он необычайно мил и хорош, да. Но в нём есть ведь и надлом. Вспомните, что он ведь был, по сути, изгоем. Его никто не брал в компанию, никто не хотел с ним дружить. А потом вышло так, что Чебурашка стал центром притяжения. Именно он за счёт своей честности и дружелюбия, терпимости к чужим слабостям и жизнестойкости, за счёт деятельной доброты и умения адаптироваться к невыносимым жизненным условиям, за счёт тяги к коллективизму и солидарности стал тем, что называется точкой сборки.

Арт-объект «Крокодил Гена и Чебурашка». Фото: РИА Новости/ Виталий Аньков

Потому что, как ни крути, а всё это в точности соответствует историческому пути нашей страны, которая тоже, случалось, бывала изгоем. Ну а что насчёт происхождения? Чебурашка ведь не попадал ни под какое определение: «Невозможно было сказать, кто же он такой: заяц, собака, кошка или вообще австралийский кенгуру?» Ничего не напоминает? Вот уже несколько столетий люди тоже не могут определённо сказать, Россия это больше Европа или всё-таки Азия? А может, что-то особенное, по имени Россия, точно так же, как и Чебурашка, не кенгуру и не заяц, а само по себе?

Чебурашка — один из символов России. Фото: РИА Новости/ Рамиль Ситдиков

Словом, он нам родной. И нам хочется верить, что мы все обладаем теми же качествами, что и этот герой. Потому что именно такие качества могут объединять и сплачивать вокруг себя не только персонажей мультфильма, но и народы.