В 2024 году Владимир Путин поручил к 2030 году войти в топ-25 стран мира по плотности роботизации. Но сейчас РФ находится лишь на 41-м месте. Правительство разработало ряд мер поддержки, которые должны помочь достичь поставленной цели. О доступных для рынка мерах и сложностях с их получением “Ъ” рассказала исполнительный директор НАУРР Ольга Мудрова.

— Какие меры сейчас государство принимает для развития отечественной робототехники?

— Сегодня поддержка выстроена системно — по трем направлениям: спрос, предложение и инфраструктура. Актуальность повестки ориентирована на достижение национальной цели по повышению плотности роботизации. Но такой подход охватывает только промышленную роботизацию.

Для стимулирования спроса работает промышленный «кешбэк» до 20% затрат на покупку и интеграцию роботов.

Производителям доступна компенсация до 50% от скидки, предоставленной покупателю на отечественных роботов, если оборудование включено в реестр российской промышленной продукции. Потребителям также доступны ускоренная амортизация с коэффициентом 2.0 и возможность уменьшения налога на прибыль до 50% от стоимости роботов из реестра Минпромторга.

На инфраструктурном уровне финансируется создание центров развития промышленной робототехники, для развития новых технологий с применением роботов, подготовки кадров и проведения технико-технологических аудитов предприятий. К 2030 году таких центров должно стать 30.

С 2025 года реализуется программа льготного кредитования в сфере станкоинструментальной промышленности и робототехники для развития и модернизации производства, поддержки текущей деятельности или запуска новых линеек. Набор мер стал шире и адреснее. Финансирование выросло с менее 2,5 млрд руб. в 2025 году до около 43 млрд на 2026–2028.

— Возможно ли полностью локализовать производство роботов в РФ? Нужно ли?

— Локализация является важным условием получения мер господдержки, так как доступ к ряду мер требует включения робота в реестр российской промышленной продукции. Полная локализация «под ключ» в краткосрочной перспективе маловероятна, в среднесрочной — возможна для отдельных сегментов и платформ при условии развития смежных отраслей. Нужно ли? Да, но с прагматичным подходом: критичные узлы и платформы — локализовать, остальное — диверсифицировать поставки из дружественных стран и развивать сервисную экосистему. Для этого нужна компонентная база: развитие производства приводов, редукторов, контроллеров, сенсоров, силовой электроники. Важно поддерживать спрос и проведение пилотов: нужны стимулы для внедрения на крупных предприятиях в сфере энергетики, деревообработки, пищепрома, складов, чтобы сформировать устойчивый внутренний рынок.

— Насколько активно компании пользуются мерами поддержки и какие есть с этим сложности?

— Спрос на меры поддержки растет, особенно на «кешбэк» 20% и льготный лизинг и кредиты. При этом многие из мер поддержки активны не постоянно, а работают в форматах конкурсных отборов, поэтому не все компании успевают представить документы в открытый период. Участники рынка отмечают и сложности в подготовке документации для получения мер поддержки. Для ряда мер поддержки требуется включение оборудования в реестр российской промышленной продукции, а это также непростая и длительная процедура.

— Как российские меры поддержки соотносятся с иностранными? Какие там в приоритете и почему?

— Сейчас мы решаем задачу ускорения роботизации в обрабатывающей промышленности, поэтому в России приоритет — стимулирование спроса и быстрое внедрение через кешбэк, скидки, льготное финансирование и создание инфраструктуры. При этом в Китае проводится масштабная промышленная политика — субсидии производителям, налоговые льготы, создание промышленных парков, поддержка экспорта и стандартизация. Ее цель — лидерство в глобальных цепочках поставок. В США приоритет НИОКР и ОПК, поскольку цель — технологическое лидерство и безопасность. Поэтому и фокус поддержки: гранты на исследования, налоговые кредиты для инноваций, поддержка стартапов и венчурное финансирование. Общий тренд везде — поддержка экосистемы: НИОКР, кадры, инфраструктура. Разница в балансе между спросом, предложением и регуляторными приоритетами.

Интервью взял Алексей Жабин