Николай Кучиц оставил после себя почти 40 ролей в кино. Например, в «Каменской» — детективной саге, где актёр органично вписался в блестящий ансамбль звёзд. Рядом с Еленой Яковлевой, Сергеем Гармашем, Дмитрием Нагиевым, Викторией Исаковой он не терялся, а добавлял земной правды, которой, бывает, что и не хватает в кадре. Накануне артиста не стало. Об этом сообщили его коллеги по Белорусскому театру имени Янки Купалы, в котором Кучиц отслужил 20 лет. Aif.ru вспомнил, чем ёщё своим поклонникам запомнился актёр.

Мало кто помнит, но начинал Николай Кучиц как театральный режиссёр: ещё в конце восьмидесятых разъезжал по театрам СССР. «Вечер», «Жестокие игры», «Любовь и голуби» — спектакли шли плотно, без провалов. Однажды получил приглашение в Ярославль, в театр имени Фёдора Волкова — старейший в России. И тогда, сидя в режиссёрском кресле, чувствовал — это не его. Ему ближе актёрская кухня: живой нерв, момент, дыхание зала. Режиссура — про стратегию, актёрство — про правду здесь и сейчас.

Нашёл себя в Купаловском театре: кого только не переиграл на сцене. Очень переживал, что молодёжь играет ровно, экономит свои силы и талант. А так быть не должно.

Переживал и за зрителя, на которого с телеэкранов одно время сплошным потоком лилась гламурная жвачка: офисы, боссы, секретарши, спортзалы. Поэтому с радостью откликался, когда поступали предложения о ролях, пусть и небольших, но в классных проектах. Таких, как «Каменская», «Однолюбы» или «Праведник».

В «Однолюбах» Кучиц снова доказал, что умеет быть разным: в компании Александра Робака, Александры Урсуляк и Фёдора Лаврова он показал драму простого человека, чьи чувства и выбор понятны и близки каждому. 

А военная драма «Праведник» режиссёра Сергея Урсуляка стала одной из последних работ Николая Кучица. В этом фильме, полном нравственных вопросов и тяжёлых решений, он оказался на одной площадке с Александром Яценко, Сергеем Маковецким, Фёдором Добронравовым. Его персонаж словно напоминал зрителю, что даже в самых суровых обстоятельствах остаётся место человечности, совести и силе духа.

А ещё в жизни актёра были куклы. Он шил их руками, сам, от первой до последней петли. Текстильные, набивные, с льняными волосами и нашивными носами. Мужики, бабы, лесовики, домовые — целый маленький мир. 

Всё началось с дня рождения. Однокурсница позвала его на праздник к сыну. Пацану стукнуло пять. Зима, воскресенье, магазины закрыты. Купил шоколад, конфеты и подумал: «А что, если сшить клоуна?» Иголку в руках никогда не держал, но нашлись старый свитер, поролоновая подушка и дикое желание удивить. Разрезал, распустил, сшил на живую нитку. И вышло удивительно хорошо: кудрявый, с бантом, смешной до слёз. 

А после праздника все ему сказали: «Коля, ты же можешь на этом деньги зарабатывать». Он рассмеялся. Но однажды случайно нашёл на свалке старую швейную машинку «Зингер», починил, и понеслось. У неё было своё почётное место на кухне. И завалась она кормилицей.

Так и жил: играл и шил.

«Харизматичный актёр. Светлая память», — написано на его страничке на портале kino-teatr.ru.