Sputnik Южная Осетия

media@sputniknews.com

+74956456601

MIA „Rossiya Segodnya“

Sputnik Южная Осетия

media@sputniknews.com

+74956456601

MIA „Rossiya Segodnya“

Sputnik Южная Осетия

media@sputniknews.com

+74956456601

MIA „Rossiya Segodnya“

Sputnik Южная Осетия

media@sputniknews.com

+74956456601

MIA „Rossiya Segodnya“

южная осетия, аналитика, грузия, грузино-осетинский конфликт, борьба южной осетии за независимость, 08.08.08

ЦХИНВАЛ, 8 авг – Sputnik, Олег Джагаев. Ровно 18 лет назад, в ночь с 7 на 8 августа 2008 года, Грузия предприняла попытку широкомасштабного вторжения в Южную Осетию, подвергнув массированному обстрелу мирно спящий Цхинвал и базу российских миротворцев. Эта агрессия спровоцировала вмешательство в конфликт России, которое привело к поражению Тбилиси и последующему признанию Москвой независимости Цхинвала и Сухума. О том, почему Грузия все же решила напасть на Южную Осетию, как повлияли события августа 2008 года на все стороны конфликта и следует ли Цхинвалу рассчитывать на смену политики Тбилиси, Sputnik подробно поговорил с политологами Аланом Джуссоевым и Юрием Вазаговым.

События августа 2008 года, по мнению политолога, начальника информационно-аналитического управления администрации президента Южной Осетии Юрия Вазагова, фактически стали кульминацией многолетней агрессии Грузии, продолжавшейся с начала 1990-х гг.

"Август 2008 года, конечно же, остается для нас (жителей Южной Осетии – ред.) одним из важнейших этапов в истории нашей республики. Тогда грузинский режим Михаила Саакашвили попытался окончательно закрыть для себя южноосетинский вопрос. И мы все знаем, какие усилия для этого предпринимались", – говорит он.

Попытки положить конец Южной Осетии, продолжает Вазагов, предпринимались Грузией задолго до августовских событий 2008 года.

"Это, в частности, попытка, сделанная грузинами в 2004 году. Если копнуть глубже, можно вспомнить и период 1989-1992 годов, когда сначала Южную Осетию попытался ликвидировать Звиад Гамсахурдия (первый президент Грузии – ред.), а затем примерно такую же попытку предпринял и Эдуард Шеварднадзе (второй президент Грузии – ред.). После этого, как мы помним, в зону конфликта были введены миротворческие силы, к переговорному процессу с участием России подключились ОБСЕ и ЕС. Однако все эти усилия, грубо говоря, пошли насмарку после того, как к власти в Грузии пришел Михаил Саакашвили", – отмечает эксперт.

Именно после того, как Михаил Саакашвили занял пост президента Грузии, считает Вазагов, и было принято решение радикальным образом закрыть вопрос с российским присутствием на Южном Кавказе.

"Поскольку и сама Южная Осетия, и российские миротворцы, находившиеся на территории республики, представляли серьезную проблему на пути экспансии в регион США, Великобритании и других стран Запада, Саакашвили получил от них карт-бланш на силовое решение этого вопроса. Конечно, после позорного поражения все отнекивались и уверяли, что они (западные страны – ред.) очень сильно предупреждали его (Саакашвили – ред.). Но я, работая тогда журналистом в Южной Осетии, прекрасно помню как в Цхинвал за несколько дней до начала грузинской агрессии приезжали послы западных стран, которые, как тогда ощущалось, выдвигали некие условия перед началом штурма", – делится он.

Поэтому, подчеркивает политолог, хоть решение о нападении на Южную Осетию и принимал Саакашвили, санкционировано оно было западными государствами во главе с США и Великобританией.

"То, что на Западе якобы никто не знал о том, что собирается сделать Саакашвили, – глупые отмазки, которые не стоят и выеденного яйца. Другое дело, что потом никто не захотел отвечать за поражение, за те потери, за тот результат, который Грузия получила в результате этой авантюры", – заявляет Вазагов.

В свою очередь, политолог Алан Джуссоев считает, что решение Грузии напасть на Южную Осетию было обусловлено главным образом одним, но очень важным фактором – желанием получить территорию республики.

"Что тогда, что сейчас грузинскую сторону интересует только территория. Никому в Грузии не интересно мнение осетин – хотим ли быть составной частью грузинского государства или не хотим. Грузинским властям были безразличны люди, которые живут на территории Южной Осетии. Так было тогда и так есть сейчас", – говорит он.

Такой политики Грузия, по словам Джуссоева, начала придерживаться еще с конца 1980-х годов.

"Это была государственная политика, которая сформировалась в 1989 году, и она проводится до сих пор", – отмечает эксперт.

И то, что Грузия предприняла в августе 2008 года, было, как он считает, ничем иным как попыткой геноцида.

"Это была попытка вычистить осетинское население с этой территории (Южной Осетии – ред.). План Грузии был в том, чтобы на этой земле не было осетинского народа, а был бы только грузинский. И от этого плана они (власти Грузии – ред.) не отходили ни в 1989-м, ни в 2004-м, ни в 2008 году. И сегодня они тоже от этого плана не отходят", – подчеркивает Джуссоев.

Война августа 2008 года оказала и на Южную Осетию, и на Грузию, и на Россию серьезное влияние, которое продолжает ощущаться даже спустя 18 лет. По мнению Юрия Вазагова, она стала "очень важной вехой" для всех стран-участниц.

"Для Южной Осетии события августа 2008 года стали одной из самых черных страниц в истории, а для Грузии – национальной трагедией. Только в Тбилиси 08.08.08 используют для подстегивания реваншистских настроений, которые по-прежнему доминируют в стране. И особенно ярко это проявляется, когда в Грузии появляется ощущение, что у России начинаются какие-то трудности в СВО. Тогда во всех грузинских СМИ сразу же выскакивают всякие эксперты-политологи, начинающие предсказывать скорый крах России, ее уход из Южной Осетии и Абхазии и необходимое после этого восстановление грузинской территориальной целостности. Это повторяется регулярно, и этот нарратив в грузинском медийном поле поддерживается постоянно", – говорит политолог.

Для России же, как считает Вазагов, август 2008 года также имел серьезные последствия, хоть и отошел уже на второй план.

"Понятно, что процессы последующих лет – это и события на Донбассе, и начало СВО – в силу своих масштабов немножко отодвинули в сторону значимость войны августа 2008 года. Но тем не менее в российском экспертном сообществе сохраняется четкое понимание того, что весь этот процесс пересмотра геополитических конструкций, сложившихся на пространстве Евразии, был запущен именно в августе 2008 года. Поскольку именно тогда Россия впервые бросила открытый вызов Западу, впервые отказалась отступить, сдать свои национальные интересы, предприняв достаточно решительные шаги, чтобы защитить своих граждан, своих миротворцев, и остановить продвижение НАТО на постсоветском пространстве", – подчеркивает эксперт.

Сегодня в Грузии все чаще обвиняют в произошедшем в августе 2008 года режим Михаила Саакашвили. Однако, как считает Вазагов, Южной Осетии нужно относиться к этому довольно настороженно.

"Это (обвинение Саакашвили – ред.) очень удобный нарратив действующей власти Грузии. Когда есть позорное поражение, легче всего найти стрелочника и обвинить во всем его. Нынешняя грузинская политическая элита, обвиняющая во всем Михаила Саакашвили, в этом плане похожа на немецких генералов и маршалов времен Второй мировой войны, которые в своих мемуарах обвиняли Гитлера во всех проигрышных решениях и их последствиях. Однако на самом деле нападение на Южную Осетию в августе 2008 года – это просто вполне логичное проявление того грузинского национализма, который вскармливался десятилетиями", – говорит он.

И этот национализм, продолжает эксперт, сегодня никуда не делся.

"Мы можем вспомнить, как в 2024 году Бидзина Иванишвили очень осторожно заикнулся о том, что неплохо было бы попросить прощения у южных осетин. И это вызвало по всей Грузии очень негативную реакцию – согласно опросам, 85% населения страны осудило Иванишвили за такое предложение. Так что сейчас настроения в Грузии в отношении нас (осетин – ред.) и абхазов хуже, чем в 1990-е годы", – отмечает он.

Если в 1990-е годы, по словам Вазагова, власти Грузии хоть и не признавали независимость Южной Осетии, но понимали, что нужно учитывать интересы республики и вести с ней переговоры, то сегодня в Тбилиси подобных настроений попросту нет.

"Более того, даже то липовое бутафорское образование, которое содержало название Южной Осетии, было отменено. И было официально провозглашено, что Грузия возвращается к решениям Звиада Гамсахурдиа об отмене автономии Южной Осетии. Сегодня термин "Южная Осетия" в грузинской официальной риторике, в документах находится под запретом. Поэтому в этом плане ничего не меняется, в Грузии не собираются пересматривать весь свой предыдущий курс", – заявляет Вазагов.

Так что, как добавляет эксперт, политический курс Грузии по-прежнему представляет для Южной Осетии серьезную угрозу.

"Расслабляться нам (Южной Осетии – ред.) не стоит. Потому что если у наших южных соседей, их нынешних лидеров, которые вроде бы сейчас придерживаются аккуратной прагматичной риторики, появится возможность вновь решить вопрос с Южной Осетией силой, они с удовольствием ею воспользуются", – заключает политолог.

В ночь на 8 августа 2008 года грузинские войска, подвергнув полномасштабному артиллерийскому обстрелу Цхинвал и близлежащие населенные пункты, вторглись на территорию Южной Осетии. Вероломная агрессия Грузии привела к многочисленным жертвам среди населения – под обстрелами и в уличных боях погибли мирные жители, миротворцы и ополченцы, вставшие на пути многотысячной грузинской армии. Лишь после того, как Россия успешно провела операцию по принуждению Грузии к миру, которая закончилась 12 августа, спустя пять дней после начала вторжения грузинских войск на территорию республики, на земле Южной Осетии вновь воцарился мир.