Большая палата Верховного суда Украины 27 мая рассмотрела кассационную жалобу Министерства внутренних дел Украины на приговор Деснянского районного суда Киева по делу бывшего заместителя командира полка милиции особого назначения «Беркут» (расформирован 25 февраля 2014 года в результате событий на Майдане, во время которых беркутовцы принимали участие в силовых операциях против митингующих, приведших к человеческим жертвам) Сергея Марченко. Судья Деснянского райсуда Дмитрий Шмигельский в 2024 году приговорил Марченко к 15 годам лишения свободы как командира подразделения, принимавшего участие в жестоком разгоне протестующих на Майдане 11 декабря 2013 года, а также за государственную измену, поскольку беркутовец сбежал в оккупированный Крым и продолжил там службу в российском «Беркуте». Кроме того, суд взыскал с Марченко и МВД солидарно 200 тысяч гривен в пользу пострадавшего от действий спецназовцев на Майдане. Министерство не оспаривало наказание для бывшего подчиненного, а пыталось доказать, что не должно выплачивать компенсацию за его действия.

Ранее суды по делам Майдана уже принимали решения о возмещении ущерба пострадавшим от действий силовиков — в том числе во время разгона протестующих в ночь на 30 ноября 2013 года. Но до сих пор судьи обязывали осужденных и государство в лице конкретных органов выплачивать компенсации совместно. Теперь Большая палата возложила возмещение исключительно на государство.

«Ґрати» восстановили хронологию рассмотрения, изучили позиции сторон в процессе и рассказывают о последствиях решения Верховного суда.

Сергей Марченко родился 15 января 1976 года в селе Краснодольное в Крыму и проходил службу в местной милиции. В 2013 году его назначили заместителем командира полка милиции особого назначения «Беркут» — начальником штаба при Главном управлении МВД Украины в АР Крым. А 30 апреля того же года он получил специальное звание подполковника милиции.

21 ноября 2013 года в Киеве начался Евромайдан. Уже на следующий день тогдашний министр внутренних дел Украины Виталий Захарченко разослал телеграммы с требованием командировать в столицу сотрудников «Беркута» для усиления киевских милиционеров. Из Крыма отправилась группа из ста спецназовцев во главе с Марченко.

9 декабря 2013 года Киевский городской совет обратился с иском в Печерский райсуд Киева с требованием к тем, кто подал сообщение о бессрочном митинге в центре города, освободить тротуары, пешеходные переходы, автодороги от «различных предметов, которые на них находятся и препятствуют проезду транспортных средств и свободному перемещению пешеходов». Судья Виктория Гаркавая в тот же день без уведомления ответчиков удовлетворила исковое заявление и запретила протестующим «чинить препятствия в свободном передвижении гражданам, совершать действия по блокированию тротуаров, пешеходных переходов, автомобильных дорог на улицах». Фактически речь шла о запрете Майдана. 

10 декабря, воспользовавшись определением суда, руководство МВД разработало план разгона протестующих. Заместитель начальника Главного управления МВД Украины в Киеве — начальник милиции общественной безопасности Петр Федчук утвердил расчет сил и средств милиции, привлеченных для охраны общественного порядка.

Около полуночи перед баррикадами появились судебные исполнители. Они зачитали решение судьи Гаркавой, но протестующие отказались освобождать улицы. И тогда в центр Киева власти стянули милицию. Всего в ночь с 10 на 11 декабря на улицы вывели 5101 милиционера, в том числе 100 спецназовцев крымского «Беркута», которых возглавлял Марченко. Крымские беркутовцы были среди тех, кому руководство поручило штурмовать Крещатик.

В приговоре Деснянского районного суда, который в 2024 году получил Марченко, говорилось, что заместитель командира крымского «Беркута» отдал приказ подчиненным как можно быстрее вытеснить протестующих и освободить от них улицу Крещатик и Майдан Незалежности. Спецназовцы разделились на две группы: одна из которых двигалась по Крещатику в направлении Киевской городской государственной администрации, а вторая — в направлении отеля «Козацький». Беркутовцы начали без предупреждения бить граждан руками, ногами и резиновыми дубинками, хотя, по мнению суда, понимали, что протестующие не нарушают общественный порядок и не совершают противоправных действий. По заключению суда, пострадали 20 митингующих: один из них получил повреждения средней степени тяжести — ушиб левого коленного сустава с повреждением медиального мениска, еще восемь — легкие телесные повреждения, а 11 лицам была причинена физическая боль. Как правило, последних били резиновыми дубинками по голове, туловищу и рукам.

Кроме того, крымские «беркутовцы» задержали восьмерых протестующих, которых доставили в Шевченковское райуправление для составления протокола о нарушении общественного порядка. Однако сотрудники Шевченковского райуправления освободили задержанных «в связи с отсутствием оснований для привлечения к какой-либо юридической ответственности».

Действия Марченко на Майдане Деснянский райсуд Киева квалифицировал по двум статьям: превышение власти или служебных полномочий сотрудником правоохранительного органа», совершенное с применением спецсредств ] и незаконное препятствование организации или проведению собраний, митингов, шествий и демонстраций . Основанием для обвинения стали показания потерпевших и свидетелей, которые опознали Марченко как старшего группы крымских «беркутовцев», выписка телефонного оператора, подтвердившая, что подсудимый в момент разгона находился на Майдане, а также подтверждение от Шевченковского райсуда Киева о том, что материалы по задержанным протестующим не поступали — то есть не было законных оснований для их задержания.

Еще одной статьей в приговоре стала государственная измена , поскольку Сергей Марченко вернулся в Крым, а после начала российской оккупации поступил на службу в созданное Россией «Министерство внутренних дел по Республике Крым» на должность командира отряда милиции особого назначения «Беркут». 10 сентября 2014 года, по информации следствия, Марченко в оккупированном Симферополе принес присягу сотрудника правоохранительных органов России. Как утверждала сторона обвинения, бывший украинский милиционер «содействовал функционированию незаконно созданных оккупационных правоохранительных органов РФ на оккупированной территории Украины (АР Крым), укреплению оккупационной власти РФ и недопущению контроля Украины над этой территорией».

Задержать Марченко до сих пор не удалось, поэтому судья Дмитрий Шмигельский 4 марта 2024 года вынес подсудимому заочный приговор, в котором признал его виновным по всем инкриминируемым статьям.

В совокупности бывший сотрудник «Беркута» получил 15 лет лишения свободы с трехлетним запретом на работу в правоохранительных органах.

Участник второй сотни Самообороны Майдана Юрий Яцив застал начало штурма. Как рассказал он «Ґратам», заметив скопление «Беркута», протестующие преградили собой проход между баррикадой и Домом профсоюзов. Юрий и его побратимы из второй сотни оказались в первом ряду.

«Они давили на нас, мы давили на них. Затем беркутовцы из второго ряда начали наносить по нам удары дубинками. Мы цеплялись им за бронежилеты, хотели их повалить, чтобы хотя бы нас не убили. У них были пластмассовые дубинки с ручкой сбоку. Они держались за конец дубинки и ручкой били нас по голове, чтобы сильнее болело, чтобы голову рассекало», — вспоминает Юрий Яцив.

Другие протестующие начали разбегаться, а Яцив повис на одном спецназовце «Беркута», попытался его повалить. Вместо этого его избили дубинками, после чего он не мог идти самостоятельно, и его потащили к автозаку. Протестующего затащили в автозак, а затем доставили в Шевченковское райуправление милиции. Там задержанного допросили и снова избили.

«Зашли еще два мужика в кабинет. Один начал мне угрожать и унижать: “Посмотри на себя, ты как бомж, во что ты одет”. Я стоял возле бочки [с огнем] и, может, не совсем выглядел так, как среднестатистический киевлянин. Принесли бумажку и сказали расписаться. Там было написано, что я нанес телесные повреждения сотрудникам “Беркута”, если не ошибаюсь, 10 мужчинам. Мне стало смешно от того, что там написано. А когда я начал читать эту бумажку, один из присутствующих в кабинете стал говорить: “Давай подписывай, хули ты там читаешь, ты что, читать умеешь?”. Я сказал, что не подписываю никаких бумажек, пока не ознакомлюсь с текстом. Ощутил удар и, когда открыл глаза, уже лежал под столом. Я потерял сознание, наверное, меня тот человек ударил в область печени», — рассказывает Юрий Яцив.

Впоследствии задержанного отпустили, и прямо из райуправления он снова направился на Майдан. Юрий Яцив вспоминает, что чувствовал себя плохо, но не стал обращаться в больницу — на тот момент беркутовцы приходили в медучреждения и похищали оттуда майдановцев. Несколько дней отлежался дома у знакомого, который тогда жил в Киеве, затем обратился в майдановский госпиталь в Доме профсоюзов. Там ему оказали помощь. Но поскольку Яцив так и не обратился в государственные больницы, конкретная степень телесных повреждений у него не определена. В приговоре Деснянского райсуда указано, что Юрий Яцив получил удары резиновой дубинкой по голове и удар коленом в живот, что причинило ему физическую боль.

Юрий Яцив стал одним из 20 потерпевших, чьи фамилии перечислены в приговоре Деснянского районного суда Киева по делу Сергея Марченко. Также он стал единственным, кто обратился с гражданским иском к Марченко и руководству МВД. Как рассказывает потерпевший, сформировать иск ему помогла «Адвокатская консультативная группа» (Адвокатська дорадча група).

«Для меня важнее было не материальное возмещение, а чтобы беркутовец получил конкретный срок. Пусть он на оккупированной территории или в России, где бы он ни был, сидит и не сможет никуда поехать: ни в Европу, ни в какую-то цивилизованную страну, — потому что его там поймают и привлекут к ответственности, если он даже решится поехать. Пусть он сидит, как в клетке», — объясняет Юрий Яцив, почему он подал иск.

Сейчас Яцив служит в Вооруженных силах Украины, поэтому в суде его представительницей была адвокатка Оксана Михалевич.

Судья Дмитрий Шмигельский констатировал, что гражданский истец понес моральный вред, «заключающийся в длительных душевных страданиях, негативных эмоциях и переживаниях по поводу повреждения его здоровья; в нарушении привычного образа жизни и необходимости приложения дополнительных усилий для его нормализации», а также учел обстоятельства, «при которых потерпевшему была причинена физическая боль, и глубину его страданий». Суд постановил компенсировать потерпевшему 200 тысяч гривен солидарно с осужденного Марченко и Министерства внутренних дел Украины. Солидарное взыскание означает, что потерпевший в таком случае может требовать исполнения обязанности частично или в полном объеме как от всех должников вместе, так и от любого из них в отдельности.

В ответ на решение Деснянского районного суда Киева Министерство внутренних дел Украины подало апелляцию, в которой просило отменить гражданский иск. Позицию апеллянта изложила коллегия Киевского апелляционного суда в определении от 2 октября 2024 года. Как утверждал представитель МВД, потерпевший не указал, кто именно его бил, и не предоставил ни одного письменного доказательства по этому поводу. Также в МВД считали, что суд признал факт получения телесных повреждений без надлежащих и допустимых доказательств. А истец не указал «конкретных противоправных действий (бездействия) МВД Украины, которыми ему был причинен моральный вред, и не доказал причинную связь между этими действиями и их последствиями».

Также во время рассмотрения в Киевском апелляционном суде МВД доказывало, что вообще не может быть гражданским ответчиком по делу. В подтверждение этого министерство приводило положения Гражданского кодекса. В частности, статья 1174 Гражданского кодекса Украины предусматривает, что вред, причиненный действиями или бездействием должностного или служебного лица органа государственной власти, органа власти Автономной Республики Крым или органа местного самоуправления, возмещается государством, Автономной Республикой Крым или органом местного самоуправления независимо от вины этого лица. Министерства внутренних дел как центрального органа исполнительной власти в этом перечне нет. А по статье 1177 вред, причиненный потерпевшему в результате уголовного правонарушения, должен компенсироваться ему за счет Государственного бюджета Украины в случаях и порядке, предусмотренных законом.

«Ґрати» направили запрос в министерство с просьбой подробнее объяснить свою позицию, однако министерство перечислило те же статьи.

Коллегия Киевского апелляционного суда, впрочем, с этим выводом не согласилась. Судьи сослались на постановление Большой палаты Верховного суда от 27 ноября 2019 года. Оно касалось возмещения ущерба от ненадлежащего исполнения судебного решения, а ответчиком выступало Селидовское городское управление юстиции. Судьи отметили, что надлежащим ответчиком по делам о возмещении вреда, причиненного органом государственной власти, является государство как участник гражданских отношений, как правило, в лице органа, который истец указывает нарушителем своих прав.

Подразделение крымского «Беркута» во главе с Сергеем Марченко прибыло из места постоянной дислокации в Киев по решению руководства МВД Украины и находилось в распоряжении киевского управления МВД.

«Таким образом, с учетом того, что обвиняемый являлся должностным лицом органа государственной власти — сотрудником милиции, именно МВД Украины как орган государственной власти должно нести ответственность за действия сотрудников милиции и является надлежащим гражданским ответчиком по данному делу», — говорилось в определении апелляционного суда.

Министерство внутренних дел после проигрыша в апелляции подало кассационную жалобу. Сначала она оказалась в Кассационном уголовном суде, а затем ее передали на рассмотрение в Большую палату Верховного Суда.

Коллегия во главе с судьей Владимиром Королем обратила внимание на уже упомянутую выше статью 1174 Гражданского кодекса Украины — она безальтернативно возлагает обязанность по возмещению такого вреда только на государство.

Судьи сослались на другое постановление Большой палаты — от 19 июня 2018 года. Тогда коллегия пришла к выводу, что деньги в пользу истца должны взыскиваться из государственного бюджета Украины, а не из органа государственной власти, который по сути представлял государство и к которому подали иск.

На основании статьи 1174 Гражданского кодекса Большая палата также пришла к выводу, что осужденный Сергей Марченко не может выступать гражданским ответчиком. Таким образом, в иске Юрия Яцива к нему следует отказать.

Четверо судей из состава Большой Палаты подготовили особое мнение. В нем они отметили, что государство не может быть привлечено в качестве гражданского ответчика в уголовном процессе. Несогласные сослались на статью 62 Уголовного процессуального кодекса Украины, в которой говорится, что гражданским ответчиком может быть физическое или юридическое лицо, совершившее общественно опасное деяние. Таким образом, приговор Деснянского райсуда и определения Киевского апелляционного суда в части иска следовало отменить и направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в порядке гражданского судопроизводства.

Представительница потерпевшего Юрия Яцива, председатель коллегии «Адвокатской консультативной группы» Оксана Михалевич с позицией судей, изложенной в особом мнении, не согласна, так как такое решение стало бы дополнительным бременем для потерпевших и судебной власти.

«Для потерпевших это означает, что мы 10 лет судились по поводу уголовного процесса, потом идем и еще пять лет судимся в гражданском судопроизводстве и снова пытаемся кому-то что-то доказать», — рассказывает юрист.

Также, по ее мнению, лучшим вариантом было бы взыскание денег из бюджета МВД, а не из государственного бюджета Украины, поскольку сейчас есть большая очередь людей, ожидающих возмещения из государственной казны. Пострадавший автоматически попадет в конец этой очереди.

Адвокатка Оксана Михалевич также отмечает, что в течение последних лет МВД по делам Майдана пытается сделать так, чтобы вопросы решались не в пользу потерпевших и обвинения, а в интересах обвиняемых.

«МВД почти во всех процессах привлечено в качестве третьего лица, гражданского ответчика. Гражданский ответчик должен был бы отвечать только на вопросы, касающиеся непосредственно их статуса. То есть относительно возврата обвинительного акта, всего, что не касается гражданских исков, их мнение вообще не должно было бы никого интересовать. Суд может его не воспринимать и не реагировать никаким образом. Но некоторые судьи активно спрашивают, и часто министерство поддерживает сторону обвиняемых», — объясняет адвокатка.

Попытки министерства избежать статуса гражданского ответчика она также объясняет процессами бюджетирования. Ведь в таком случае ущерб придется выплачивать из суммы, отведенной на функционирование МВД, а не из основных статей бюджета.

Сам Юрий Яцив не согласен с решением Большой палаты о том, что моральный вред от действий беркутовцев должно компенсировать исключительно государство, а не осужденный.

«Я негативно отношусь к тому, что государство должно платить за чьи-то проступки. За свои проступки должен платить каждый сам. У нас как по закону: если я совершу преступление, то я за него отвечаю. А Марченко совершил преступление, выполнил преступный приказ, а за него платит государство? Я считаю, что это неправильно», — объясняет потерпевший.

Адвокатка Оксана Михалевич говорит, что есть несколько вступивших в законную силу приговоров, где суды удовлетворяли гражданские иски потерпевших. В частности, 14 июня 2021 года Шевченковский райсуд Киева вынес приговор двум бывшим сотрудникам «Беркута» Виктору Эйсмонту и Владимиру Мохоню по делу о разгоне Майдана в ночь на 30 ноября 2013 года. Судья Владимир Бугель обязал взыскать 400 тысяч гривен солидарно с двух осужденных, Главного управления Национальной полиции в Киеве и Министерства внутренних дел в пользу гражданского истца.

Адвокатка Светлана Петраковская представляла интересы потерпевшего при рассмотрении дела Эйсмонта и Мохоня в Шевченковском райсуде Киева. По словам Петраковской, за пять лет с момента вынесения приговора ее клиент получил только половину суммы. И главным препятствием стала позиция Министерства внутренних дел.

«В настоящее время в Государственную казначейскую службу подан исполнительный лист о взыскании всей суммы с МВД (поскольку взыскатель имеет право выбирать, с кого именно из солидарных должников взыскивать присужденные суммы). МВД выплатило 100 тысяч, и еще Национальная полиция выплатила в добровольном порядке 100 тысяч. На требования казначейства относительно предоставления информации, необходимой для взыскания, МВД не реагирует», — отметила адвокатка.

Светлана Петраковская добавила, что постановление Большой палаты задало рамку, с кого именно нужно взыскивать компенсацию. И это может повлиять на дела, где уже принято решение о взыскании.

«Согласно последнему решению Большой палаты, в подобных делах взыскание проводится именно с государства, а не с государственных органов, а солидарность недопустима, то есть судебная практика изменилась», — отметила представительница потерпевшего.

Как объясняет Оксана Михалевич, сейчас насчитывается около 100 судебных дел, где есть потерпевшие. И только в деле против Виктора Януковича и бывших руководителей силовых структур о событиях 18–20 февраля 2014 года заявлено более 90 исков.

«Могу предположить, что общее количество исков — около тысячи, но значительная часть из них заявлена теми же потерпевшими в разных судебных процессах», — добавляет адвокатка.

По ее словам, потерпевшие воспринимают негативно тот факт, что вопрос возмещения до сих пор не решен. Но подавляющее большинство из них в первую очередь интересует привлечение виновных к ответственности, а компенсацию они воспринимают как второстепенное дело.